Джонатан Троппер. На прощанье я скажу

Сильвер стоит в отделе книг «Помоги себе сам»... «Плоский живот за тридцать дней», «Как питаться, чтобы похудеть», «Учись уважать себя»  — миллиардная индустрия, выстроенная на абсурдной идее, что человека можно исправить.

0.00

Другие цитаты по теме

... годы, проведенные в статусе матери-одиночки, выработали у Дениз устоявшийся комплекс мученицы, и теперь ей кажется, что проблемы у других возникают исключительно для того, чтобы лечь на её плечи ещё более тяжким бременем.

— Господи, мам, может, всё-таки перестанешь?

— Прости, если беременность моей дочери-подростка меня расстраивает.

— Тебе не приходило в голову, что меня она тоже расстраивает?

— Конечно. Просто... ну как ты могла? Ты же про всё это знаешь и понимаешь.

— Это произошло случайно, разумеется.

— У тебя случайно был незащищенный секс?

— Тебе станет легче, если я скажу, что меня изнасиловали?

— Не смей так говорить.

— Я только пытаюсь понять, при каком раскладе ты бы начала сочувствовать мне, а не себе.

— Поверь, я очень тебе сочувствую,  — произносит Дениз тоном, от которого у Кейси неизменно возникает желание сжечь всех напалмом.

Она вдыхает его знакомый запах, который про себя называет «Одеколон неудачника»...

Приехала Руби — идеальная жена его идеального брата Чака, и теперь вьётся вокруг Элейн, как будто на кону — всё семейное наследство. Неблагородная мысль. Руби всегда была очень добра к нему, и не её вина, что доброта для него — всего лишь одна из разновидностей яда.

Подойти к незнакомой женщине значит раскрыть свои намерения ещё прежде, чем что-то будет произнесено, и эта недвусмысленность всегда его парализовала.

Если вам случалось пройти через крушение брака — а по статистике, вы через это либо уже прошли, либо пройдете в скором времени,  — то вы знаете, что в конце пути всегда вспоминается начало.

— Ты пьян.

— А ты — скотина. Мы что, так и будем стоять и констатировать факты?

Думаю, никто не ест рожок с мороженым на похоронах или на пожаре. Красный Крест не разбрасывает рожки над странами третьего мира. Если ты ешь мороженое, как-то не верится, что дела идут совсем уж дерьмово. Что больше нет никакой надежды.

Многие люди в дни бед и горестей готовы уверовать в Бога, но я не из их числа. Однако, когда жизнь превращается в жестокую насмешку, слишком изощрённую, чтобы быть простым совпадением, я всё-таки полагаю, что тут без Бога не обошлось. Кто, если не Он, способен заставить нас хлебать собственное дерьмо?

Мать у нас, конечно, своё дело знает, в этом ей не откажешь. Но она не просто психотерапевт. Двадцать лет назад она написала книгу «Начнём с колыбели, или Как стать родителями без предрассудков». Книга стала бестселлером и превратила мать в знаменитейшего в стране специалиста по грамотному выращиванию детей. Естественно, при такой родительнице мы — и я, и братья, и сестра — выросли непоправимо испорченными.

За шестьдесят секунд нашего знакомства мне удалось рассмешить эту девушку уже дважды — а я, начитавшись «Плейбоя», твердо знал, что красавицы хотят как раз таких мужчин, которые умеют их рассмешить. Ну, разумеется, эти мужчины должны смешить их после того, как обеспечат своим красавицам многократный оргазм твердым и ненасытным членом длиной не меньше двадцати двух сантиметров, причем на борту частного самолета.