Белые дымы в кипящей зелени.
Грозовая краткая пора.
Вновь жуками майскими простреляны
Тёплые густые вечера
Белые дымы в кипящей зелени.
Грозовая краткая пора.
Вновь жуками майскими простреляны
Тёплые густые вечера
Как по полю по заросшему
Полетел белый дым.
Здесь под первою порошею,
Под снежком молодым.
В трех берёзах затеряемся.
В трёх стогах, в трёх соснах.
Пусть ничто не повторяется:
Ни кураж, ни весна.
Плоский высохший ландыш из книги упал
На обшарпанный пол в коммунальной квартире.
Ты мне скажешь, чтоб нервы себе не трепал,
Но весеннего ветра стремительный шквал
В пыльный маленький мир
Наши окна впустили.
Как по полю по заросшему
Полетел белый дым.
Здесь под первою порошею,
Под снежком молодым.
В трех берёзах затеряемся.
В трёх стогах, в трёх соснах.
Пусть ничто не повторяется:
Ни кураж, ни весна.
Бывает, что-то не клеится, плохо выходит, и в то же время чувствуешь что-то хорошее. Вспомнишь о хорошем и поймешь: это весна.
Наступила весна. Такая весна, когда было непонятно, кто больше врет: календарь или окно. Мальчик каждое утро выкладывал на балкон камни-голыши и забирал их после завтрака. Пока что камни были холодными, как лёд.
«Наверное, весна – как мама. Долго не может решить, что надеть – и всегда надевает одно и то же».
– Тебе идёт зелёное в цветочек, – на всякий случай шептал он.
Звонит что в колокол и флейтою звучит,
Взахлёб ликует, громко с птицами кричит?
Когда спросил, услышал трели соловья:
«Весна! Весна! О ней так много знаю я!»
Поле большое, зёленый лесок,
Сколько весною путей и дорог!
Припев:
Хорошо на свете! Солнышко, свети,
Пожелай нам, ветер, доброго пути!
Доброго, доброго, доброго пути,
Самого, самого доброго пути!