— Ладно, я попытаюсь. — Голос его звучал неуверенно. — Но если у меня ничего не получится…
— Ты попытаешься еще раз.
— Ладно, я попытаюсь. — Голос его звучал неуверенно. — Но если у меня ничего не получится…
— Ты попытаешься еще раз.
— Ты можешь уйти, когда тебе захочется, Лукреция, — осторожно посоветовал Адам.
— Что? Я даже подумать не могу оставить тебя наедине с этой извращенкой! Она явно не в себе.
— Ничего подобного, — не удержалась Лила. — А что до того, что я останусь с ним наедине, то я провела здесь несколько недель до вашего появления.
Щеки Лукреции залил яркий румянец.
— Что она хочет этим сказать, Адам?
— Призови на помощь свое воображение, Лукреция, — ответил он.
— Ты и в самом деле предавался… предавался…
— Сексуальным развлечениям. Что, не можете этого произнести? — поддразнила ее Лила. — Он меня целовал. И не однажды.
— Не только целовал, но и наслаждался этим, — мягко добавил Адам. — Очень.
Изведав горечь укоризны,
Обид, ошибок, мелких драм,
Учитесь радоваться жизни,
Её обыденным дарам!
Чувствительность человека к пустякам и бесчувственность к существенному — какая страшная извращённость!
Когда два человека смотрят на небо с разных концов земного шара, где-то там высоко их взгляды непременно пересекаются. Возможно, они еще не знают, что им предстоит быть вместе, но это лишь вопрос времени. Поэтому никогда не опускайте головы и не переставайте верить!
Обещаю, что не позволю ни одному человеку, ни единому слову, ни единому негативному замечанию испортить ни единой секунды, ни единой минуты, ни единого часа, ни единого дня моей жизни.