— ... ты слишком сосредоточен на самом себе, в этом твоя беда. Это тебя изматывает.
Ищи чудеса вокруг себя! Ты устаешь смотреть на одного себя, и усталость делает тебя слепым и глухим ко всему окружающему.
— ... ты слишком сосредоточен на самом себе, в этом твоя беда. Это тебя изматывает.
Ищи чудеса вокруг себя! Ты устаешь смотреть на одного себя, и усталость делает тебя слепым и глухим ко всему окружающему.
— А что такое правильная жизнь?
— Жизнь сознательная, сильная, бесстрашная.
(— Что такое «правильная жизнь»?
— Жизнь, прожитая в полном сознании и с полной ответственностью, хорошая, сильная жизнь.)
Все пути одинаковы: они ведут в никуда. Есть ли у этого пути сердце? Если есть, то это хороший путь; если нет, то от него никакого толку. Один путь делает путешествие по нему радостным: сколько ни странствуешь — ты и твой путь нераздельны. Другой путь заставит тебя проклинать свою жизнь. Один путь дает тебе силы, другой — уничтожает тебя.
... А вовсе не обязательно что-нибудь «делать», чтобы понравиться или не понравиться. Он либо принимает тебя, либо сметает прочь.
Я никогда ни на кого не сержусь. Ни один человек не может сделать ничего такого, что заслуживало бы такой моей реакции. На людей сердишься, когда чувствуешь, что их поступки важны. Ничего подобного я давно не чувствую.
Обучение посредством разговоров не только пустая трата времени, но и редкая глупость.
— Смерть — наш вечный попутчик, — сказал Дон Хуан предельно серьезным тоном.
— Она всегда находится слева от нас на расстоянии вытянутой руки. Когда ты ждал, глядя на белого сокола, она наблюдала за тобой и что то шепнула тебе на ухо, и ты ощутил ее холод, так же как ощутил его сегодня. Она всегда за тобой наблюдала. И будет наблюдать, пока не настанет день, когда она похлопает тебя по плечу.