Я ничему не учу своих учеников, я лишь создаю условия, в которых они сами научатся.
16.00
Всякая система обучения, в рамках которой ученик не может не только превзойти своего учителя, но даже сравняться с ним, самоубийственна для традиции.
Альберт Эйнштейн
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойУравнения для меня важнее, потому что политика — для настоящего, а уравнения — для вечности.
... Атеизм – сложная штука. В отличие от веры – это работа. Поскольку вы становитесь атеистом под воздействием естественнонаучных знаний, под воздействием образования, той работы, которую вы проделываете внутри себя. А вера – это готовые клише, она гораздо проще, и ее выбирают многие именно в силу этой простоты. Но не думаю, что верующих на самом деле много. Весь этот фанатизм изображают, как правило, такие не вполне состоявшиеся артистки, которых перестают брать в эпизоды, и тогда они уходят в монастыри и по телевизору поднимают громкий вой о вере и православии.
Да-да, знаю, что вы подумали, но поставьте себя на моё место: Молигвако сказал — принести задание без отговорок. Но он не сказал, что я обязан его сделать. Возможно, это подразумевалось... Он должен был уточнить, что нельзя брать задание у другого! Но он не уточнил.
Единственное, чему научила меня моя долгая жизнь: что вся наша наука перед лицом реальности выглядит примитивно и по-детски наивно — и все же это самое ценное, что у нас есть.
— Прости, что всё время придиралась к тебе.
— Если бы вы не придирались, я бы ничему не научился.
Результат напряженной работы мозга можно было выразить одним словом. В период кризиса на Земле переживающим пик популярности. Или несколькими отглагольными прилагательными сексуального характера. Если бы не присутствие дам, я бы не стал сдерживать рвущуюся наружу тираду, и облегчил бы душу, но, увы, такой возможности мне не дали:
— Только без мата, Вовочка, только без мата! — увидев выражение моего лица, криво усмехнулась Маша. — Веришь, все, что ты можешь сказать в данный момент, просто витает в воздухе...
«Покончи с ним. Прямо сейчас».
Мол выпрямился. Раздавшийся в голове голос принадлежал ему самому — суровое эхо его обучения. Но в интонации безошибочно угадывался учитель — отголоски безжалостных инструкций, часов, дней, лет нескончаемых тренировок, нескончаемой боли. Сидиус всегда будет рядом.
То, что отличает человека учившегося от самоучки, измеряется не знаниями, а иной степенью жизнеспособности и самосознания.