У неё была собственная философия счастья. Самая простая и истинная. Для неё счастьем в жизни было отсутствие несчастья.
Есть закон, по которому перед страшными, всё меняющими ударами человеку всегда посылаются минуты вот такого маленького счастья.
В несчастье вряд ли весел тот,
Кто даже в счастье хмурится, тоскуя и скорбя.
Но я хитрей моих забот.
Когда беда грозит, я повторяю про себя:
«Будь что будет! Ропот не поможет.
Не навсегда
Твоя беда.
Пускай с надеждой век твой будет прожит!»
Я привык улыбаться людям,
И быть может вполне,
В час, когда я несчастлив буду,
Кто-то улыбнется мне.
Биографии, на основе которых нельзя написать захватывающий рассказ, не говоря уж о романе, обычно принадлежат самым счастливым людям.
Отложенные на полчаса дела и прогулка по парку, любимая песня, чашка какао перед сном, поход в кинотеатр, пусть даже и в одиночестве — простые мелочи, которые могут пусть и ненадолго, но сделать тебя счастливым. Нужно только позволить себе отвлечься от суеты, а дальше всё произойдёт само!
Нельзя танцевать «зачем-то» или «для чего-то». Танец — ради танца. Не он для нас, а мы для него. Пока есть танец, того, кто танцует, нет. И это — самое главное. Единственная наша корысть состоит в том, что когда танец закончится, мы можем быть совершенно уверены, что рано или поздно начнется новый. И это такое счастье, что я каждый день готова плакать от зависти к самой себе.
Он защищается, но всё равно всё напоминает ему о ней. Краков, театры, молоко, весенний ветерок и даже чемоданы у пассажиров на вокзале.
Жизнь, как счастье, не поддаётся экспертизам. А счастье мы можем обрести, только когда поймём самих себя. И тогда нам явится единственная, неповторимая и дающая нам удовлетворение истина.
Cлайд с цитатой