Виктория Роа

Как часто женщины ошибаются в мужчинах, и как горит их рана разочарования после. Я выкуриваю тонкую сигаретку стоя у открытого окна, и уже который вечер рассуждаю о бренности этого мира. Сейчас я понимаю, что подростки (особенно девочки) уверенны, где-то обязательно трава зеленее, и совершенно не понимают, как они наивны. Каждая девочка до шестнадцати в своем роде хорошая наживка для более крупной рыбки. Совершенно недавно, мою была выслушана целая эпопея на тему «Женщины, как мусор современности». Что же, настаивать на своем я не буду, ибо пустая трата времени, и в конечном итоге каждый остается при своем. Порождение такого рода мнения, как правило, влекомое лишь полнейшим неуважением к матери. Пусть именно оттуда берутся все истоки.

0.00

Другие цитаты по теме

Хотя в душе, где-то очень глубоко, я боялась оплошности, но если посмотреть с другой стороны, то эти оплошности, ошибки случаются настолько часто, что и говорить о них это совершенно нормально. Каждый имеет на это право.

— Может расскажите, как вы познакомились? Вы такая милая пара.

«Милая пара? Только через мой труп!»

Мне страшно подумать о том, кем я буду без той боли, которую он доставляет мне каждый Божий день своим присутствием. Почему из всех женщин он выбрал меня, как объект своего желания, и почему я позволяю себе сгорать, как спичка при виде этого строго взгляда? Утро начинается с кофе. Заряда бодрого напитка, и кончается ласковым поцелуем от меня. Это ведь уже ритуал, и я не смогла бы сделать ничего лучше, как просто пойти удавиться, чтобы покончить со всем нездоровым взаимоотношением между нами. Но ведь он мой голубоглазый мальчик, а я послушная девочка. Нездоровая вещь. Она просто нездоровая, но я пленница его взгляда, его шепота и грязных словечек. Я сгораю от стыда, когда, грубо прижимая меня за волосы к своему торсу, он заставляет меня извиваться от сладкого шепота: «Маленькая сучка».

Очень раздражает, когда собираешься вставать, но сила притяжения головы к подушке оказывает как минимум раз так в девять сильнее, чем наоборот.

Опустившаяся на землю ночь казалась вуалью на глазах печальной женщины.

Она вошла в его сердце осиновым колом, и он чувствовал это буквально.

Воспоминания умеют причинять боль. Боль, разъедающую, словно трупные черви плоть. Боль, которая проникает внутрь пронизанного страхом сердца, и выворачивает его наизнанку. Страх, который сжимал это самое сердце, и заставлял чувствовать пик нервозного адреналина с примесью безысходной атараксией собственного ничтожества. Наркотические галлюцинации, которые знакомые лишь тем, кто чувствовала всем своим нутром неподдельное опьянение: алкоголем, никотином, наркотой, страстью. Мираж, словно пелена обволакивающий все инстинкты самосохранения, когда чувствуешь сильные руки на талии. Слова, которыми упиваешься до такой степени, что начинаешь чувствовать первые позывы тошноты. Ложь, в которую веришь, как в последний раз позволяя гладить себя между ног, а после ноешь, скребешь когтями по телу от ломки по телу тому, кто трахал тебя словно самую грязную из всех существующих **ядей.

Эта женщина была полной противоположностью его жены, но тем сильнее было влечение к этой женщине, сошедшей со старых кинопленок фильмов нуара.

В тот вечер бутылочка больше на нас не показала, но вкус ее губ я запомнила надолго.

— А что, собственно говоря, такого особенного в твоем культе «Гнев отца»? Такое чувство, что ты, мой друг, женоненавистник.

— Женоненавистник с двумя дочерьми? — улыбнулся мужчина.