Близкие дышали только тем, что друг у друга были.
Наша движуха, без названия и знамени,
Ты тоже движешь, а не едешь сверху, значит, ты с нами,
Значит ты свой, хотя бы на одну сотую.
Одни мотор заводят, другие катаются и фотают,
Мы запускаем сердце, город делает вдох.
Отгремят низы, растворится зал;
Быт в нас вцепится по одному.
Это как босым бегать по углям -
В книгах красочней, чем на яву;
Нет батальных сцен и лихих погонь
Только грязь с девяти до семи.
В этой кузнице молот и огонь
Смогут выковать нас людьми.
Холодная комната стала теплой; я никуда не пропал,
Не завязывал, я уходил за опытом.
Когда-то что написано, стало кому-то близко —
Это согревало, и я снова брался за лист.
Никто за это ничего не обещал нам —
Был непомерно юный порыв, он и дал начало;
Годы неслись, мы наполняли смыслом.
Все становилось серьезней с каждым записанным.
Я стопорнулся на миг: распад — я один.
Горизонты поблекли. Ну все, куда там? Не гони.
Вокруг пестрили эталоны, мутили все стильно,
Глаза боялись, а руки делали что любили.
Вечно молодые равнодушны к возрасту;
Личностный рост будет значимей должности;
Объем возможности равен числу подходов;
Считаем летные часы, альбомы множим на годы.
Благородство без зрителей.
Широкие жесты без фотокамер.
Дары без имени дарителя.
И без возможности отбиться на рекламе.
Любить, не присваивая.
Прощать, не запоминая.
Служить, как в тумане маяк.
Звать у самого края.
Имеет вес голоса, имеет от формул ключи,
Уводит караван свой, все маршруты изучив.
Перерезая экватор и через южную сырость,
Мы так и не поняли, как он настолько быстро вырос.
На законы наплевав, по-своему повяжет нити,
Когда не станет тем, кем его видят родители.
Взревет мотор, останется пустая трасса,
Мы смиримся с его картиной из других красок.
Cлайд с цитатой