Сергей Александрович Михеев

— По поводу того, чтобы развивать наши Восточные территории, я так понимаю, с этим всегда были большие проблемы... [Сергей Корнеевский]

— Не хватало людей, ну вот между прочим, до революции, непосредственно в преддверии революции, были очень неплохие прогнозы по демографии и, в частности, та же столыпинская программа по переселению людей на Дальний Восток и в Сибирь, она и ставила перед собой задачу — освоение огромных территорий и ставка была на высокую рождаемость, и на то, что население будет только прирастать, но последующие за этим события Гражданской войны, потом Великой Отечественной войны, они, конечно, нанесли серьёзнейший удар по демографии. Например, те провалы, которые нанесла Вторая Мировая война — они до сих пор на нас сказываются. Да, людей бы побольше... Наших людей бы побольше, и побольше бы вложений в инфраструктуру. И, вообще, нас вот эти тылы... Знаете, иногда вот слышишь от людей, мягко говоря недалёких: «... вот, а зачем нам такая территория, зачем нам всё это надо?» Слушайте, нас это сколько раз спасало, вот эти тылы столько раз спасали нас во время всевозможных нашествий с того же самого Запада! Все эти ресурсы, которые нас в критические моменты нас вытягивают, они в общем там и находятся. Поэтому осваивать эти территории надо, создавать условия для людей надо. Есть проблемы, их надо решать, инфраструктура, доступные перелёты, железнодорожное и автомобильное сообщение, всем этим надо заниматься. Есть проблемы, которые должны решаться исключительно за счёт субсидирования государством, потому что никаких других стимулов не будет, здесь никакой бизнес... Это будут расходы, которые стратегически закладываются. Это не короткое планирование, которое присуще мелкому и среднему бизнесу. Если вы хотите получить действительно стратегическую отдачу — вам нужно планировать на десятилетия вперёд.

Сергей Александрович Михеев
Сергей Корнеевский
рождаемость
экономика
0.00

Другие цитаты по теме

Проблема в том, что люди, которые могут вести дискуссии — не имеют полномочий; люди, которые имеют полномочия — не склонны вести дискуссии. Дискуссия, на самом деле, нужна была бы, потому что неолиберальный экономический курс, такой жестко-монетарный, явно буксует. Явно буксует. С одной стороны, он вызывает серьёзное недовольство у населения, а с другой стороны, не дает тех результатов, на которые рассчитан.

слайд с цитатой Cлайд с цитатой

— Премьер-министр Франции заявил, что страну олицетворяет голая грудь, а не хиджаб. [Сергей Корнеевский]

— Проблема не в мусульманском дресс-коде, как таковом, я не вижу, честно говоря, никакой проблемы ни в длинных платьях, ни в платках, по мне, так это даже вообще и красивее... Голая грудь, конечно, вещь привлекательная, но не всегда, не у всех и не всю жизнь. На самом деле, говорить о том, что это константа — это странно. На самом деле, проблема в том, что внешние признаки исламской культуры стали, благодаря экстремистам, ассоциироваться с террором, агрессией и опасностью.

слайд с цитатой Cлайд с цитатой

Все эти прогнозы, экономисты... Я очень люблю прогнозы экономистов, но они в итоге сводятся к тому: сахар дешевеет — гоним самогон, сахар дорожает — покупаем водку!

слайд с цитатой Cлайд с цитатой

Тезис о том, что экономика определяет политику, не выдерживает ни малейшей критики. Деньги точно решают не все.

слайд с цитатой Cлайд с цитатой

Это борьба традиционного общества с постмодернизмом. Постмодернизм, который отрицает любые морально-нравственные установки, он борется и разрушает традиционное общество. В традиционном обществе все эти вопросы решаются понятно, и прямо, и просто — рубильниками, палками, авторитетом старейшин и так далее. Постмодернизм разрушает традиционное общество. Это общемировой, глобальный процесс. И главный тренд постмодернизма — это как раз отсутствие вообще каких-либо морально-нравственных критериев. И интернет, между прочим, это передовой, авангардный, технологический носитель постмодернизма. Это именно та площадка, та платформа, которая и разрушает эти вещи — авторитеты, мнения, морально-нравственные устои. Потому что там оказалось можно делать всё, быть совершенно безнаказанным и не нести за это никакой ответственности и, более того, — культивировать порок. Поэтому, ничего у вас не получится, пытаться обходить эти темы — не получится. Не получится сохранить свободу интернета и ждать там, знаете, Сергей, при всём уважении... Кричать им: «Остановитесь! Доколе!?» Да плевать они хотели на ваши призывы! Вот в чём дело! Плевать они на это хотели! И они вам об этом пишут! И вы можете там обкричаться: «Остановитесь!» Это никто там не услышит. Потому что это так вкусно, так сладко — зайти туда вот этой вши и почувствовать себя там лидером мнения! Это оргазм, извините за выражение. Человек, который ничего из себя не представляет, вдруг становится лидером мнения! И он несёт всех! Он профессор всех наук! Он всё знает! Он всё понимает! Ему на всех наплевать! Они этим упиваются! Это наркотик! Понимаете? Это и есть постмодернизм! Поэтому, просто вот эти заклинания по поводу интернета — ничего не выйдет. Там придётся возвращаться к механизмам традиционного общества.

слайд с цитатой Cлайд с цитатой

Если бы не тупики, мы давно бы вылетели в трубу.

слайд с цитатой Cлайд с цитатой

Это вечный рецепт МВФ — залезьте в долговую кабалу и умрите. Это мы проходили в 90-е годы... То, что МВФ опять начинает учить нас жизни — это, конечно, близко к катастрофе.

слайд с цитатой Cлайд с цитатой

Объективным законам можно либо следовать – тогда они будут работать на человека. Либо можно действовать им вопреки. Законы от этого не исчезнут, просто человеку от них будет мало проку.

слайд с цитатой Cлайд с цитатой

— Я сначала скажу пару слов о 22 июня, потому что мне кажется обойти вниманием этот день невозможно. Один из уроков 22 июня состоит в том, что во-первых, порох надо держать сухим, всегда. Независимо от того, кто и что по этому поводу думает и говорит. Надо быть готовым к самым худшим вариантам. Всегда. Надеяться надо на лучшее, а быть готовым к самому худшему. Это первое. И второе. Один из печальных уроков начала Второй мировой войны, Великой Отечественной, в том, что не надо переоценивать весомость никаких, любых международных договоренностей. И никаких международных организаций.

— Верить нельзя никому. [реплика Владимира Соловьева]

— К сожалению, верить нельзя никому. Мы вели достаточно активную дипломатию, имею в виду Советский Союз. Местами она была успешной, местами менее успешной, местами вообще не успешной. Советский союз действительно пытался договариваться на разных направлениях, и выстраивать систему безопасности. Не только для себя, но и в целом для Европы. Были надежды на Лигу Наций, были надежды на договоренности с западными демократиями, были надежды на то, что можно каким-то образом сдержать нацистскую Германию. Но вывод вот какой. Случилась самая страшная война в истории человечества. И для нашей страны эта война была невероятно разрушительной. Как и коронавирус тоже, между прочим. Надеяться надо на себя. Надо максимально, насколько это возможно, обеспечивать себя тем, что ты можешь сделать для себя. Все эти разговоры о международных конфигурациях безопасности, о доверии, о системах международного права, о международных организациях… Всё это хорошо. Факультативно. Ставить это в центр внимания, делать это основой, фундаментом политики, рассчитывать на это, думать, что в случае чего нас ООН прикроет, или в случае чего мы встречались с таким-то и таким-то президентом, и он мне сказал… что не будет расширять НАТО на Восток — это всё бред.

слайд с цитатой Cлайд с цитатой

Когда я слышу: «Почему я должен любить эту Родину, что она мне дала?», мне хочется двинуть в ухо.

слайд с цитатой Cлайд с цитатой