Мы не сможем быть добрее чем есть.
За ливнями придут снега, все в норы до апрельских дней.
Мы не сможем быть добрее чем есть.
Мы верили чужим словам,
Пытались сами делать чудеса,
А получались только дети да война,
Смеются и рыдают небеса.
Бесплатное счастье — твоё и навек,
После каждого дождика в каждый четверг!
Мы проживем сотни лет и умрем в один день,
Если нас раньше не убьет наша лень...
Мы за церковную свечку щемимся в рай
И плачем, за что нас швыряет на край
В ночной тишине услышь голоса
Над нами смеются навзрыд небеса!
Ночь камасутры и дикое утро,
Дикое утро, хмурое утро.
За полчаса сна я отдал бы слона,
Пусть мне приснится полёт из окна.
Автобус пыльный крутит мили,
Пыль и жара меня чуть не убили,
А мне бы свободу и два колеса:
Два колеса и чудеса!
Но радио харкает в меня злой песней,
О том, что ты не будешь моей невестой.
У меня для радио пара слов:
«Заткнись, сука! Fuck & off!»
Я брожу по комнате от стены до стены и ругаюсь на тебя,
Хоть твоей нет вины в том, что я боюсь уснуть и упасть в перину грез,
Я ругаюсь на тебя, но это все не всерьез…
Я не хочу увидеть сны, не нужно больше красоты…
Под громогласное молчание народных масс,
Под тихий ропот из углов последних нас
Бьёт по вискам весёлый високосный год –
Мы ждали оттепель, нас ждал знакомый лёд