Я не видел людей уже несколько лет.
Думал, после войны их нигде уже нет.
Но сегодняшним утром... Я нашёл след!
В мире мало воды, и её нельзя пить,
Заражённая плоть всюду брошена гнить.
Вам нужна катастрофа, чтоб оценить:
Что есть мусор, а где Свет Жизни?!
Мир зловещий и чужой
Дрогнет под моей ногой.
Я и монстр и герой.
Я Ас клинка.
Жахнуть, так, чтоб всех снесло —
Моё военное ремесло!
Кто со мной, тем повезло!
И то... слегка!
Однако на Всемирном экономическом форуме в Давосе (Швейцария) политики и руководители корпораций ломали головы, размышляя о ситуации в мире, которая казалась насмешкой над всеми законами здравого смысла. Это явление окрестили «давосской дилеммой». По словам Мартина Вульфа, колумниста газеты Financial Times, суть этой дилеммы — «контраст между успешной экономикой и сомнительной политикой стран всего мира». Он писал, что экономика «перенесла серию потрясений: кризис фондового рынка после 2000 года; шок терактов 11 сентября 2001 года; войны в Афганистане и Ираке; разногласия относительно действий США; скачок цен на нефть, подобного которому не было с 1970‑х; приостановка переговоров ВТО в Дохе; столкновения по поводу ядерных планов Ирана», — но при всем этом экономика «переживает золотой период повсеместного роста». Иными словами, мир превращается в ад, нигде нет стабильности, а в это время глобальная экономика торжественно возвещает о своем существовании. Некоторое время спустя бывший министр финансов США Лоренс Саммерс говорил о «практически полном отсутствии связи» между политикой и рынком: «Это напоминает Диккенса: стоит поговорить с экспертом по международным отношениям, и видишь, что ты живешь в самые мрачные времена. А затем ты поговоришь с потенциальными инвесторами, и оказывается, это наилучший период в истории».
Свято место не бывает в пустоте.
Лишним телом заложили котлован.
Красной тряпкой обернули катафалк.
Бравой песней заглушили злое горе;
Ведь солдатами не рождаются,
Солдатами умирают...
Это любовь уносит меня!
Посмотри, она всюду!
Эта любовь открыла тебя
Для меня — и быть чуду!
Ты наверху ждёшь меня...
Это как новая жизнь вне смерти!
Какие же, вы всё-таки уроды,
Циничная, бесчувственная шваль,
Ведь вам, ни простой, ни живой природы,
Вам и друг дружки, ни черта не жаль...
Мир зловещий и чужой
Дрогнет под моей ногой.
Я и монстр и герой.
Я Ас клинка.
Жахнуть, так, чтоб всех снесло —
Моё военное ремесло!
Кто со мной, тем повезло!
И то... слегка!
Свято место не бывает в чистоте.
Смрадным ветром затопили берега.
Гнойным прахом напитали чернозем.
Табаком закоротив хмельные ноздри;
Ведь солдатами не рождаются,
Солдатами...
Конному всаднику. С лошадью следует обращаться как с женой: надо делать вид, что ты ей доверяешь.
— ... Знакомится в баре с жертвой или в ресторане, напаивает её до бессознательного состояния, а утром жертва себя обнаруживает совсем в другом конце города, на остановке или просто на земле... И без всего!
— Голыми, что ли?
— Умерь свою фантазию, Краснов, до необходимого предела!
— Ты что, не понимаешь, какая это для тебя честь? Не понимаешь, какой я здесь важный человек?
— Прекрасно понимаю, — ответила Катарина. — Ты — маленький мальчик в кожаных шортах, который ходит в магазин за перьями для авторучки Фюрера. Возможно ли это недооценивать?
Cлайд с цитатой