Борис Ефимович Немцов

Демократия универсальна. Демократия — это право граждан избирать свою власть и выгонять, когда она не справилась. Демократия — это право граждан критиковать свою власть. Демократия — это право граждан на информацию и независимый суд. Демократия нужна нам, а не американцам. У нас своя традиция и своя история. Безусловно, российская государственность не должна никого копировать, но базовое право граждан влиять на жизнь в стране надо защищать.

0.00

Другие цитаты по теме

Демократический Запад скорее работает в пользу немногих, хотя голосовали за него многие; это, само собой, потому что немногие сказали многим, как нужно голосовать.

Однако, похоже, никто не учится на чужих ошибках, а только повторяет их. И экспорт революций, тем более, уже так называемых «демократических», продолжается. Достаточно посмотреть на ситуацию на Ближнем Востоке и в Северной Африке, о чём говорил предыдущий выступающий. Конечно, политические, социальные проблемы в этом регионе назревали давно, и люди там, конечно, хотели перемен. А что получилось на деле? Агрессивное внешнее вмешательство привело к тому, что вместо реформ государственные институты, да и сам уклад жизни, были просто бесцеремонно разрушены. Вместо торжества демократии и прогресса — насилие, нищета, социальная катастрофа. А права человека, включая право на жизнь, ни во что не ставятся.

Так что хочется спросить тех, кто создал такую ситуацию: вы хоть понимаете теперь, что вы натворили?

«Управляя пустотой» – мрачное название, выбранное Питером Майром для книги, к работе над которой он приступил в конце 2007 года. Еще яснее автор выразил свое беспокойство в подзаголовке: «Размывание западной демократии».

Майр намеревался развить идею о снижении массового политического участия в устойчивых европейских демократиях и прослеживая процессы уклонения и отстранения в Европейском союзе и в остальном мире. «Размывание демократии стало очень распространенным явлением, – напишет он в заявке на книгу, – явлением, оказавшимся наиболее заметным после окончания холодной войны». Оно «свойственно большинству развитых демократий и уже очевидно проявляется во многих новых посткоммунистических демократиях. В странах Европы оно сопровождается и ускоряется ростом полномочий намеренно деполитизированных институтов ЕС. Но этот процесс также выявляется за пределами Европы и особенно в Северной Америке».

В центре внимания Майра был концепт политической партии как носителя социальных интересов, как организатора гражданского участия и политического управления, в его формах, развивающихся от массовых партий эпохи всеобщего избирательного права до «картельных» партий последнего времени. Его главный тезис звучит как приговор: «Время партийных демократий прошло», – пишет он в самом начале «Введения», а с ними ушло в историю то, что ранее мы знали как демократическое правительство.

Это очень серьезное заявление

Чем более общим является избирательное право, тем меньшую власть имеет электорат.

Кто в 15 лет не демократ, из того ничего не выйдет; но не лучше и тот, кто в 20 лет все еще демократ.

Демократия — это договор о правилах между хорошо вооруженными джентльменами.

Демократия перерождается в тиранию.

Я берегу свое психическое здоровье и являюсь одним из самых больших долгожителей в российской политике. Что позволило мне сохранить мое здоровье? Я никогда не заглядывал дальше, чем на год. Это глупость — такая же, как прогнозировать цены на нефть.

Мы забываем, что в центре находится Господь, и человек — его творение. А мы почему-то считаем абсолютно святыми и неизменными некие временные формы организации человеческого общества. И мы начинаем придавать сакральность по сути не сакральным вещам. Вот как сейчас мы носимся с понятием демократия, которое, если посмотреть на всю глубину существования человеческого общества, позолота. Т. е. ничто. Но мы, играя в слова, пытаемся все время придумать себе вслед за Фукуямой некий конец истории. Что выглядит очень наивно, учитывая, что были ребята поумнее, которые писали о конце Европы, о закате Европы.

Колоннами можно только подпереть фасад демократии, а не ее фундамент.