Прости мне, Господи, мои маленькие шутки над тобой,
и я прощу тебе твою великую шутку надо мной.
Прости мне, Господи, мои маленькие шутки над тобой,
и я прощу тебе твою великую шутку надо мной.
Надо ли определять для себя, что такое Бог? Я считаю, не надо. С меня хватает сознания того, что в нас живет инстинктивная тяга к совершенству, которую, надеюсь мы будем ощущать и на смертном одре; какое-то чувство чести, запрещающее опускать руки и отчаиваться. Вот и все, что у меня есть, но, пожалуй, мне большего и не нужно.
— Что произошло с этой страной?
— Многие считают, что от неё отвернулся Бог... но мне кажется, это мы с вами от неё отвернулись. Вы знаете, иногда больной человек так раздражает своими соплями и кашлем, что хочется убежать, вернуться, и чтобы кто-нибудь без тебя его вылечил. Но у него никого кроме тебя нет.
Средь перемен, судьбу держа в горсти
Вы — всемогущие, когда вас двое:
Вас и не разделить и не смести
Когда вы согласились меж собою,
Что жизнь — она и вправду жизнь, пока
Крыло к крылу или к руке рука...
Два града созданы двумя родами любви: град земной — любовью к себе и град небесный — любовью к Богу.
Все эпилоги — ложь. Все дороги — прах.
Бог одинок и, похоже, серьёзно болен.
Город отчаялся, и со своих колоколен
Он распевает гимн об иных мирах.
Бог видит каждый, пусть самый маленький, труд; каждую, пусть самую тайную, молитву; каждую, пусть самую сокровенную, добрую мысль и каждое доброе намерение. Для Него важно все то, что служит добру, что служит любви, что служит человеку: и работа в канцелярии, и работа в школе, и работа на фабрике, и поход на рынок, и ожидание в очереди, и исполнение мелких домашних дел. Бог присутствует не только там, где совершаются великие дела, которые останутся в истории, но и там, где мать поднимает на руках свое дитя, где человек с трудом честно зарабатывает хлеб для своей семьи; Бог там, где человек любит, где человек идет на жертву ради другого, где человек радуется человеку.