— Нет! Это не правда!
— Это твоя неправда, потому что… помолчи!
— Нет! Это не правда!
— Это твоя неправда, потому что… помолчи!
— Это уличный фонарь.
— Электрический фонарь, который изобретут через десять лет.
— Ну, всего на несколько лет раньше.
— Ты говорил так же, когда оставил зарядное от телефона в покоях Генриха VIII.
— Верный солдат ждет, чтобы его заметили, всегда одно и то же, почему?
— Простите, сэр?
— Твоя начальница, пригласил бы её куда-нибудь, ты ей нравишься. Она так сказала.
— В самом деле, сэр? Что она сказала?
— В общем, она сделала что-то вроде замечания.
— Что именно она сказала?
— Она сказала, что ты мистер горяч... ность. И она хотела бы погулять с тобой, чтобы были смс'ки, пончики.
— Вы раньше не занимались этим, да?
— Нет, в первый раз.
— Вам понравится Венеция. И многие её любили. Байрон, Наполеон, Казанова. Ооо, кстати. 1580 год. А нет, ничего. Казанова родится лишь через 145 лет. Не хотелось бы с ним пересекаться. Я ему курицу задолжал.
— Ты задолжал Казанове курицу?
— Долгая история. Мы заключили пари.
Нет, мы не уходим. Но когда у нас есть что-то ценное — мы бежим. Мы бежим, и бежим так быстро, как можем. И не перестаем бежать, пока не убежим от угрозы.
— Ты нас не познакомишь?
— Эми Понд — профессор Ривер Сонг.
— Ах! Я стану профессором, да? Восхитительно!.. Спой-ле-ры!
— Но какой был вопрос? Почему он означал твою смерть?
— Предположим, что был человек, который знал тайну. Ужасную, опасную тайну, которая не должна быть раскрыта. Как бы ты стёр эту тайну из мира, уничтожив её навсегда прежде, чем её открыли?
— Если бы пришлось, я бы уничтожил человека.
— И тишина наступит. Я много раз слышал эти слова, но никогда не понимал, что они означают мою тишину. Мою смерть. Доктор падёт.