Я дарю тебе одиночество
На стекле в твоем отражении.
Я дарю тебе одиночество
На стекле в твоем отражении.
— Жизнь — это не роман, Алекс. Она может внезапно прерваться. Как-то мы с мамой обедали около «Дэйли Плаза». На моих глазах автобус сбил человека. Он умер у меня на руках. И я подумала: неужели вот так можно умереть в день Святого Валентина? Я подумала обо всех, кто любил его, кто ждал его дома и больше никогда не увидит. А потом я подумала: а если у человека никого нет? Если всю жизнь никто и нигде не ждал его? Тогда я поехала в дом у озера в поисках ответа и нашла тебя... И я позволила себе увлечься этой прекрасной фантасмагорией, в которой время остановилось... Но это не настоящая жизнь, Алекс. Я должна научится жить той жизнью, которая у меня есть. Прошу тебя, не пиши мне больше. Не пытайся найти меня. Позволь мне отпустить тебя...
Расскажи, что моря не кончаются,
Как любовь никогда не закончится.
И мечты, ну конечно, сбываются,
Если этого сильно захочется...
В Москве и Коста Рике,
В Париже, в Таганроге
Брюнетки и блондинки
Бывают одиноки.
И рыжие, как пламя,
И звонкие, как льдинки,
Бывают одиноки
Брюнетки и блондинки.
Словно дети,
Разбежались мы тогда с тобой,
И не знали,
Что играем мы с судьбой.
Поздний вечер
Светит в окна горькая луна,
Ну, ответь мне,
Почему я как и ты одна?
Тяжело говорить — помолчим,
Хоть и лицом друг к другу сидим.
Полу-друг или полу-враг -
Всё равно не то как-то, всё равно не так.
Мир упал, у твоих ног спит.
Я не прав, а кто говорит...
Ветер воет, бьёт по ногам.
Финал истории: две минуты, как сижу сам.
Оставленные жены и брошенные любовницы ведут себя в каждом обществе по-разному, это правда. Но женщина, которую то бросают, то снова любят, то отталкивают, то приближают, теряет не только личные, но и национальные особенности и становится просто психопаткой — а психопатии все нации покорны.