— Сколько лет, сколько зим, Когами.
— Не могу сказать, что ожидал твоего преследования меня досюда.
— Ты арестован.
— Арестован? Ты понимаешь ситуацию, в которой мы находимся?
— Ты был тем, кто послал террористов в Японию.
— А? Что? О чем ты? Тогда... Итак, инспектор. Собираешься остановить меня или отпустишь?
— Когами, я буду с тобой.
— Ну и ну.
— Это временно. На время расследования.
— Понял, инспектор.
— ... Выбора нет.
— Ошибаешься. Дело не в отсутствии выбора, просто сейчас не видно других вариантов.
Американцы исходят из принципа, что дипломатические переговоры хороши, но они будут еще лучше, когда на столе лежит «Парабеллум».
— ... побаливает при езде и иногда немного при ходьбе, а так все в порядке.
— Я гей, если хочу посмотреть?
— Любопытный гей!
Написать хороший роман — это как нарисовать картину размером со стену кисточкой для ресниц.
... нельзя не замечать опасности, таящейся в стремлении к бесконечному совершенству. Ведь очевидно, что бесконечное совершенство должно во всем опираться само на себя. А потому все, стремящееся к подобному совершенству, стремится навстречу собственной смерти.
Добро пожаловать! Вы должны попробовать мой новый напиток. Просто чудо. Я назвала его «Джеральд», по имени первого мужа. Дешевый, горький... куча градусов.
Мэтр все это время стоял рядом и с сосредоточенным видом листал свою книгу в синей бумажной обложке. Книга оказалась захватанной до невозможности – на многих листах виднелись сальные пятна и какие-то грязные отпечатки, краска местами потекла, и руны были подправлены от руки обычными чернилами. На полях пестрели пометки, отдельные слова были подчеркнуты, а одно заклинание так вовсе замарано крест-накрест, и рядом стояла категоричная резолюция: «Фигня!»
Cлайд с цитатой