— Джек, распишись, что ты у нас взял пятьдесят тысяч.
— Сорок, Энди, сорок. Считать-то я умею. И потом ни одна страховая компания не поверит моей расписке.
— Это если заранее не договориться с её президентом. Деньги все любят.
— Эх, хотя бы один патрон... Уж я бы не промахнулся в эту раскрашенную обезьяну.
— Я прощаю бледнолицему его слова. Он мог не слышать о сэре Чарльзе Дарвине. И не знать, что обезьяна — наш общий предок.
— Ну зачем ты вышла за меня замуж?
— Я не знала, что ты такой болван!
— Знала! Знала, знала!
— .... многие страницы здесь пусты.
— это место для истории, сэр! Дерзните! И, быть может, Ваше имя впишут в эти страницы! Они ждут своих героев!
... я должен отомстить мистеру Секонду. Он осквернил имя синематографа. Он сеет зёрна ненависти в души зрителей. Он должен умереть.
— Не надо, Джек. Каждому своё. Будущее нас рассудит. В дорогу! Наш зритель ждёт нас.
Мы можем все, — но, по горемычной истории последних четырех поколений, не от хорошей жизни. А хорошая жизнь «за широкой спиной» (она же «каменная стена»), в которой женщины мира уже увидели тупик, ловушку, — нам еще только снится.
... И в этом сне нам не надо вставать на унылую работу в промозглых зимних потемках, мы избавлены от вечной спешки и недосыпа, наконец-то чувствуем себя защищенными, наконец-то можем наиграться в куклы-кухни-цацки-фантики... Отдать ненужную силу, сжечь лягушачью шкурку своими руками, и пусть все неприятные отношения с суровым и непредсказуемым миром возьмет на себя Он! Во сне мы не задаемся вопросом, зачем это Ему нужно и какова может оказаться цена. Разве мы, такие хорошие, не заслужили? Разве мы не старались?..
... Некоторые, впрочем, уже проснулись, и пробуждение было ужасно. И что же? Сплошь и рядом находится простой ответ: это Он был не тот, кому бы снова вручить свой хрустальный башмачок, где же Принц? Ох, как грустно видеть прекрасных, умных и талантливых, радостно готовых наступить на те же самые грабли, которые уже разбили не одну тысячу женских лбов по обе стороны Атлантики!
Cлайд с цитатой