Необычный парень… Проиграть и лезть в драку — это понятно, а вот бить того, кого и так уже побил… тут нужна фантазия.
Опасные граждане в дом не вламываются. Они в нем живут.
Необычный парень… Проиграть и лезть в драку — это понятно, а вот бить того, кого и так уже побил… тут нужна фантазия.
— Никто ничего не знает. Так, а ты откуда знаешь, что всегда прав?
— Я не знаю. Но мне тяжело работать, зная, что я не прав.
(— Откуда ты знаешь, что ты прав?
— Я не знаю. Но мне трудно действовать, предполагая противоположное.)
— Я же просила тебя избавиться от «смертоносной кошки».
— Ты видишь кошку?
— Я вижу кошачий туалет.
Хауc, указывая на свою трость:
— Я инвалид, доктор Кадди. Я не успеваю добежать до туалета.
— Также я понимаю, что вне зависимости от того, что я делаю, вы всё равно будете обращаться со мной как с дерьмом.
— Дерьмо — понятие растяжимое.
За женщин! Жить с ними нельзя и убить их нельзя, сказав соседям, что они уехали в Атлантик-Сити танцевать стриптиз.
Вообще-то, я гей. Видишь того парня? Он мой любовник. К тому же он мой психотерапевт. Что кому-то может показаться неуместным. Но они просто не знают, что такое любовь. Я прав?
— Твое самодовольство довольно привлекательное качество.
— Благодарю. У меня был выбор между этим и мелированием волос. Самодовольство легче поддерживать.
— Что ты собираешься делать?
— Я думал выслушать ваши теории, высмеять их и после этого придумать свою собственную.