Люди могут сдвинуть горы, а людьми движут идеи. Но верно и обратное – на ум можно воздействовать через тело! Для чего, по-вашему, все это, – он указал на лагерь, – как не для того, чтобы воздействовать на ваши умы через ваши тела?
Жаловаться — значит косвенно просить помощи, каких-то изменений,... продолжения. Жаловаться означает попытаться перевалить ответственность за своё деяние на другого. А действие исключает возможность жаловаться.
– Я верую, – смущенно сказал Сьюгар. – Я просто не понимаю. Может, это и значит, что я бла-женный?
— Я не шизоид, — возмущенно возразил Майлз. — Правда, у меня есть склонность к маниакально-депрессивному состоянию, — признался он после некоторого раздумья.
Вот что я скажу вам насчет цинизма, сержант: это самая бессильная мораль на свете. Но зато какая удобная! Убеди себя, что барахтаться бесполезно, – и можно со спокойной душой сидеть по уши в дерьме и ничего не делать.
Наша жизнь очень неустойчивая. Всё может пойти наперекосяк, быстро, неожиданно и в любой момент... Нам всем отпущен небольшой срок, каждому по-своему... Некоторым с рождения отпущено больше лишних шансов, чем другим... Ловите те, которые вам достались, тащите их к себе и не оглядывайтесь назад.
Цетагандийцы хотят сломать вас, а потом вернуть на Мэрилак, как вакцину: убеждать своих соплеменников сдаться. Когда вот это убито, – Майлз прикоснулся ко лбу Трис (о, едва-едва), – тогда цетагандийцам больше нечего бояться вот этого, – он приложил палец к ее бицепсу. – Вас сломают, а потом отпустят в мир, чей горизонт замкнет вас подобно этому куполу. – Война не окончена, поймите. И вы находитесь здесь, потому что цетагандийцы все еще ожидают, когда Фэллоу-Кор падет.
Будь искусен в гневе. Коль возможно, пусть трезвое размышление предотвратит грубую вспышку — для благоразумного это нетрудно. Первый шаг овладения гневом — заметить, что поддаешься ему, тем самым взять верх над возбуждением, определяя, до какой точки — и не дальше — должен дойти гнев; думая об этом, ты, охваченный гневом, уже остываешь. Умей пристойно и вовремя остановиться — трудней всего остановить коня на всем скаку. Подлинное испытание здравомыслия — даже в приступах безумия сохранять рассудок. Избыток страсти всегда отклоняет от верного пути: памятуя об этом, ты никогда не нарушишь справедливости, не преступишь границ благоразумия. Только обуздывая страсть, сохранишь над нею власть — и тогда ты будешь первым «благоразумным на коне», если не единственным.
Грех — жить без дерзости и без мечтания,
Не признаваемым — и не гонимым.
Не знать ни ужаса, ни упования
И быть приемлемым, но не любимым.
К стыду и гордости — равнопрезрение…
Всему покорственный привет без битвы…
Тяжеле всех грехов — Богоубьение,
Жизнь без проклятия — и без молитвы.
— Спускаться — это самоубийство.
— Если мы доставим еду на последний, то сломаем систему.
— В «Дыре» нет системы, «Дыра» — это дыра.
Cлайд с цитатой