— Мне надоело быть на втором месте.
— Ты никогда не была на втором месте
— Мне надоело быть на втором месте.
— Ты никогда не была на втором месте
— Рюмин, ты зачем ко мне переехал?
— Ну как, чтобы научиться забивать гвозди в стену, раньше я всегда скотчем обходился...
— Смешно. А если попробовать серьёзно и честно — ты собираешься строить нормальные, семейные отношения?
— А мне кажется, у нас и так всё нормально.
— Видишь ли, Рюмин, любые отношения... они должны развиваться, если этого не происходит — они прекращаются.
— Ты ещё забыла добавить, что у меня нет чувства ответственности.
— У тебя нет чувства ответственности.
Если бы мы были героями из комикса, это было бы историей нашего происхождения.
Кого-то кусает паук, а кто-то падает в чан с кислотой.
У нас была река...
Did I disappoint you or let you down?
Should I be feeling guilty or let the judges frown?
'Cause I saw the end before we'd begun.
— Девушка, я, конечно, мог бы подарить вам цветы, почитать стих, спеть песню под окном, но...
— Но зачем заморачиваться, правда?
Гипотеза: все несостоявшиеся миры значат не меньше, чем тот в котором мы живем. Следствие: эти скрытые миры причиняют нам огромную боль. Товарищество, община, семья, дружба, любовь и все такое. Без отношений мы потеряны. Это весьма ужасно быть одному.
Впрочем, в будущее она не заглядывала. В отличие от её нового друга, сумеречного человека, каждая фраза которого, каждая мысль, каждый поступок содержали двойное дно, она жила волнующими минутами, упиваясь новыми ощущениями, которых ей более чем хватало. Инстинкт самосохранения отсутствовал в ней. Опасения — тоже.
Каково мне видеть его, чужого? Да примерно так же, как ему — видеть меня, разлюбившую.
Ты ждешь меня, а я нет. Я прихожу, вхожу в комнату. Для тебя я начинаю существовать только с этой секунды, хотя я и раньше существовал, мыслил, возможно, страдал. Вот в чем задача: чтобы ты представила себе себя живой, думающей обо мне. И в то же самое время представила себе меня, живущего тем же.