Закон, живущий в нас, называется совестью. Совесть есть, собственно, применение наших поступков к этому закону.
Кто отказался от излишеств, тот избавился от лишений.
Закон, живущий в нас, называется совестью. Совесть есть, собственно, применение наших поступков к этому закону.
Тот, кто становится пресмыкающимся червем, может ли затем жаловаться, что его раздавили?
Закона я не преступил, но совесть — не свод законов, для ее спокойствия мало такого оправдания.
Мы творим зло с наибольшим усердием тогда, когда нас побуждает к этому совесть чистая, но совращённая заблуждением.
Быть опровергнутым — этого опасаться нечего; опасаться следует другого — быть непонятым.
Удел женщины — владычествовать, удел мужчины — царить, потому что владычествует страсть, а правит ум.