Петр Людвиг. Победи прокрастинацию! Как перестать откладывать дела на завтра

Надежда не есть убеждение, что всё будет хорошо, но уверенность, что всё имеет смысл ― независимо от исхода. (Вацлав Гавел)

Другие цитаты по теме

Исследования Мартина Селигмана показали, что несколько негативных импульсов могут убедить нас в том, что все плохо и с этим ничего не поделаешь. Из-за этого убеждения нами овладевает чувство беспомощности, которое может привести к депрессиям и жизненной резигнации. В одном из таких исследований в коробку поместили грызуна (представьте себе, например, хомяка) и затем закрыли ее прозрачной крышкой. Хомяк старался выбраться из коробки. В первый день он много прыгал, но ударялся макушкой о прозрачную крышку. На следующий день его активность заметно уменьшилась.

Через пару дней хомяк отказался от всяких попыток выбраться. Затем исследователи подняли крышку, но хомяк даже не попытался сбежать. Несколько неудач убедили его в том, что шансов на успех нет. Эта уверенность осталась у него и после изменения условий. Состояние, с которым столкнулся хомячок, называется выученная беспомощность, с ним можем встретиться и мы.

Хочу лицезреть как всякое отребье страдает в попытках забраться на гору самосовершенства, только и делая что постоянно спотыкаясь и больно падая в горящую пучину бездны неудач.

— Эпиляция, макияж, укладка, маникюр. Она готовилась, только к чему?

— Рекламное агенство «Redlake», телешоу «Рождение Звезды», «пропуск на студию», «пропуск на студию [2]».

— Актриса, модель. Только здесь она что делала?

— Что людей делает жертвами? Надежда.

Что такое «смысл»? Тут хитрая штука. Вообще-то смысла никакого нет. Это фантом. Но хитрость тут вот в чем. Вот смотрите, я произношу одну и ту же фразу: «Часы упали», — но произношу в двух ситуациях с двумя совершенно разными смыслами: «Часы  упали» и «Часы упали».  Я просто поменял акцент, но это соответствует двум принципиально разным ситуациям.

А теперь представьте себе такое устройство. Я из своего сознания направляю лучик, сопоставляю: одно, другое, третье — все время вытягиваю информацию и тащу к себе. А к этому лучику привязана кисточка с черной краской. И когда я «стрельнул» этим лучиком, кисточка оставила след. Я перескочил на другое — кисточка опять оставила след. Я вернулся назад — кисточка опять оставила след. Таким образом, после этой самой кисточки остается своего рода сетка. Теперь мы смотрим на сетку и говорим, что вот это и есть смысл. Значит, смысл — это особое структурное, как бы остановленное, представление процесса понимания.

Для того чтобы понять что-то по-настоящему, нужно все время переводить это в действие. Только тогда, когда человек начинает действовать, он начинает выяснять, адекватно или неадекватно он понял. Потому что в понимании самом по себе нет различия между правильным и неправильным, это различие определяется действием. Действие есть критерий правильности понимания.

У меня всё время спрашивают, о чём мои тексты. А я отвечаю, как и ответил бы любой приличный поэт, если бы вы осмелились просить его проанализировать собственные работы — они именно о том, о чём вам кажется.

В этом и состоит свобода. Когда теряешь всякую надежду.

Каждый человек должен прийти к своим собственным выводам, чтобы у каждого была уверенность в исходе.

Те, кому есть на что надеяться и нечего терять, — самые опасные люди на свете.

Надежда изматывает, а уверенность позволяет сберечь много сил.

Догмы, или бесспорные истины, являются частым источником необъективности. Если вы в чем-то твердо убеждены, попробуйте допустить, что, возможно, это не является правдой. Если бы это допустил, например, Адольф Гитлер или Андерс Брейвик, их действия не зашли бы так далеко.