— Не наказывай мою дочь за то, в чём винишь меня.
— Блейк, как бы мы не старались, дети платят за наши грехи.
— Не наказывай мою дочь за то, в чём винишь меня.
— Блейк, как бы мы не старались, дети платят за наши грехи.
— Неужели не ясно, Фло? Мы поступаем как все. Отказаться от ребенка проще простого.
— Да, черт возьми!
— Разве не это худшее из зол? Все стараются найти легкий путь, надеются, что проблемы исчезнут, но они только накапливаются. Понимаешь, наш вопрос в том, что нам делать с нашим трудным ребенком! Я скажу тебе, как мы поступим. Мы дадим ему то, что еще никто не давал. Нашу любовь, Фло. Да, мы будем любить его, когда он шалит. Чем он хуже, тем сильнее будем любить. И однажды он изменится и скажет: «Эти люди и вправду меня любят! Они не бросят меня. И мне незачем быть плохим. И чем черт не шутит, я могу стать президентом Соединенных Штатов!»
Сорванный росток не увянет, а лишь пересаженный в более благодатную почву дивно расцветет под более ярким солнцем. И хотя мне не будет дано лелеять и развивать ум и душу моего ребёнка, зато он сразу избавится от всех земных страданий и грехов. Рассудок твердит мне, что это еще не величайшее из всех несчастий, но сердце не хочет смириться с таким исходом.
Всё равно стоило рискнуть. Предвкушение, которое ты успел ощутить, это жизнь, которая говорит: «Всё возможно». Ты проиграл, но это не значит, что всё кончено. Надо просто встать и сыграть снова.