Как-то ночью он проснулся, подумал о вечности, полежал немного в холодном поту и с тех пор навсегда забыл про сон. Зато вдруг вспомнил про утренние пробежки и здоровое питание.
Лучше ничего не есть, чем есть в суете.
Как-то ночью он проснулся, подумал о вечности, полежал немного в холодном поту и с тех пор навсегда забыл про сон. Зато вдруг вспомнил про утренние пробежки и здоровое питание.
Первая любовь всегда будет вечною,
Сильно нам души она искалечила
И мечтою оставив млечною,
Слишком страшно нас изувечила.
Первая любовь отпечатками в памяти,
Каждый день пробирает всё дрожью
И теперь на этом фундаменте
Другие покажутся наглой ложью.
Первая любовь до скончанья веков
При попытке начать с нуля,
Будет шептать, что ты не готов
Наши души на части деля.
Первая любовь никогда не забудется,
Вспоминать будешь ты каждый миг,
Что уже никогда не разлюбится,
Тот дар, что однажды постиг.
У тьмы в твоей душе столько оттенков... столько граней. Они, переливаются и сияют, словно драгоценные камни. Я это так четко вижу... Настанет день, когда и ты увидишь это... Тогда, ты сможешь смотреть во Тьму без страха.
Души, связанные крепкими узами любви, притягиваются друг к другу в каждой новой жизни.
Горе, несчастья, ненависть — это все временно, зато добро, воспоминания и любовь — навечно.
— Поправляешься, солдат?
— Да, вроде бы.
— Не торопись, войну скоро и без тебя проиграют.
Вы, понимающие жизнь
за пределами видимости,
вы, тонко чувствующие этот мир,
вы, последователи беспредельности,
приходите ко мне,
порассуждаем о вечности.
Ну где же вы?
... Или опять что-то с транспортом?
Поговори со мной о пустяках,
О вечности поговори со мной,
Пусть, как ребенок, на твоих руках
Лежат цветы, рожденные весной.
Так беззаботна ты и так грустна,
Как музыка, ты можешь все простить.
Ты так же беззаботна, как весна,
И, как весна, не можешь не грустить.
— Зайцы не состариваются, — сказал Заяц. — Зайцы умирают молодыми.
— Это почему же?
— Мы бежим, понимаешь? А движение — это жизнь.