На лгунье и распутное платье горит.
Вот видишь. Поэтому я никогда не вру. Трудно уследить за тем, кому ты что наплел.
На лгунье и распутное платье горит.
— Вали из машины! Живо!
— Слушайте, вы же не хотите в меня стрелять, мистер... как вас?
— Пошел вон, урод.
— Мистер пошел вон, урод.
— Оно повторяется, снова и снова. Я будто в аду.
— Только без «будто».
— Что это такое?
— Это пытки, на которые ты сам себя обрек. Вина — это топливо, плюс немного таланта, чтобы было веселей.
— Пожалуйста, мне надо выбраться отсюда, как мне выбраться?
— Очень просто — никак. Пока ты не поверишь, что заслужил это. А я еще не видел, чтобы кому-нибудь это удавалось.
— Все это — моя вина. Зря я вообще тебя во все это впутал.
— Будто я не знала, что имею дело с самой могущественной и самой дефективной семейкой во вселенной. Люцифер, я сама во все это ввязалась, зная на что иду и решила быть тебе другом, принимая последствия.
— Была одна душа, которую я мучил в Аду. И, как хороший мазохист, он командовал этим. «Жги меня». «Заморозь меня». «Причини мне боль». Так я и делал. И это продолжалось веками до того дня, пока по какой-то причине он не пропустил своего ежедневного наказания. И когда я вернулся... Он плакал. «Пожалуйста, мой король», говорил он. «Не забывайте обо мне снова. Обещаю, я буду хорошим». И тогда я осознал, что он настолько полон ненависти к себе, в нём нет ни крупицы самоуважения, что моя жестокость не имела значения. Если я обращал на него хоть немного внимания, это предавало значение его... Бессмысленному существованию.
— Зачем ты это мне рассказываешь?
— Потому что он напоминает мне о тебе. Ты думаешь, я изменился? Ты, бывший ангел, жалкий и бессильный, не придумал более позорного способа дожить свои дни, кроме как надеяться на подачку от меня, которая напомнит тебе о днях, когда ты был важен.
— Я знаю, что ты делаешь. Можешь убить гонца, если нужно. Но просто знай, что я рядом.
— Возможно, ты в опасности.
— Кто мне угрожает? Якудза, исполины, миллион мамочек?
— Мэйз. Она злится на тебя, брат.
— Сегодня уже вторник? Гнев у Мэйз по умолчанию — он в ее демонической ДНК.
— Когда-нибудь я тебе колокольчик на шею повешу.
— О, интересная получилась бы любовная игра.
— Я должна кое — что сказать.
— Я весь внимание, рога уже навострил.
— Он рассказал мне всю правду о том пророчестве.
— Ха, ясно. Что теперь с небес на землю скоро начнут падать жабы... Или может" Зима близко! "