Нервные руки — пределы.
Нервного сердца — толчки.
Сном заполняю пробелы,
Крутятся мыслей волчки.
Я слишком быстро взлетела,
Я не летала почти.
Всё же я знаю, в чём дело,
Это начало пути.
Супрематизм.
Не поздно всё исправить и начать всё сначала.
Разобрать все мысли — в мыслях много хлама.
И в конце концов понимаешь, что никто не способен по-настоящему думать ни о ком, даже в часы самых горьких испытаний. Ибо думать по-настоящему о ком-то — значит, думать о нём постоянно, минута за минутой, ничем от этих мыслй не отвлекаясь: ни хлопотами по хозяйству, ни пролетавшей мимо мухой, ни приёмом пиши, ни зудом.
Mысль о самоубийстве — это великое утешение: при поддержке её пережиты многие ужасные ночи.
(Мысль о самоубийстве – сильное утешительное средство: с ней благополучно переживаются иные мрачные ночи.)
Каждая мысль — как бы легкий удар по куску железа, под которым мы понимаем наше тело, и так это железо постепенно превращается в то, чем мы желаем быть.
Надо следовать Ликургу, который сказал: если власть — служение народу, то прекрасно все — и жизнь, и смерть, и слава, и позор, когда они полезны государству. Надо принять эту судьбу, ибо она именно такова по своей природе и другой быть не может. Но она никогда не сбрасывает со счетов дела и мысли человека.
От удушия круги под глазами наружу.
Равнодушия я полон, немного простужен.
Закрой небо рукой, мы не помним,
Как нас зовут, дорогой мой друг.
Мои помыслы чисты, благи намеренья.
Не иду на поводу отморозков в сквере я.
Редактируй мысли, контролируй речь,
В противном случае, получишь в печень.
Cлайд с цитатой