Любой героизм — это следствие чьего-то раздолбайства.
Лучше быть живым идиотом, чем мертвым героем, правда?
Любой героизм — это следствие чьего-то раздолбайства.
Лучше мне получить твоё тело, пробитое пулей, и известие, что ты пал с честью,
Чем узнать, что ты струсил на поле битвы.
Любовь может возвысить человеческую душу до героизма, вопреки естественному инстинкту, может подтолкнуть человека к смерти, но она хранит и боязнь печали.
Ее больше мучило предчувствие страдания, ведь уйти из этого мира — это значит не только упасть в ту пропасть, имя которой — неизвестность, но еще и страдать при падении.
– Героизм, мой мальчик, нужен для тяжелых времен, – поучительно заметил Ленц. – Но мы живем в эпоху отчаяния. Тут приличествует только чувство юмора.
Я думаю, в каждом из нас живет герой. Он делает нас честными, придаёт нам сил и благородства, а под конец помогает нам умереть, храня гордость. Хотя порой нам приходится проявить стойкость, отказаться от того, чего мы больше желаем. Даже от наших мечтаний...
На Руси именно дураки да шуты зачастую говорили то, о чем умники боялись даже думать.
Мой город в самом промерзшем краю, но совсем скоро и тут небо взорвет салют,
Представлю, как солдаты в окопе поют чуть слышно проговорю: «Спасибо, я помню».