Упоение сражением часто превращается в сильную и неизлечимую зависимость, потому, что война — это наркотик.
— Пытаетесь показать лучше других? Зачем?
— Мне же, вроде как, положено...
— Ну, разве что положено...
Упоение сражением часто превращается в сильную и неизлечимую зависимость, потому, что война — это наркотик.
— Пытаетесь показать лучше других? Зачем?
— Мне же, вроде как, положено...
— Ну, разве что положено...
Как ни ужасна война, все же она обнаруживает духовное величие человека, бросающего вызов своему сильнейшему наследственному врагу — смерти.
Война не более чем игрушка в руках взрослых, алчных, закомплексованных детей. Война компенсирует этим выродкам на теле человечества жажду похоти и крови. Она насыщает их сгнившие артерии болью сотен тысяч людей.
Последняя битва может быть только за правое дело! Не за чужую землю, не за деньги или амбиции, а за саму жизнь рода человеческого. Это как ставить весь банк на последнюю карту. Победим — и больше никогда не будет войн. Проиграем — вообще ничего не будет.
Успех в войне зависит не от оружия, а от денежных средств, при которых оружие только и приносит пользу.
Война отменяет договоры. Вы потерпели поражение, и давайте исходить из сложившейся обстановки.
Все животные боятся огня. Кроме двуногих. Эти его обожают и обожествляют. И используют как оружие.
Быть может, только потому вновь и вновь возникают войны, что один никогда не может до конца почувствовать, как страдает другой.
Во время большевистского переворота животные инстинкты переполненных ненавистью полулюдей стали причиной страшных преступлений против правящих классов общества. Несмотря на осуждение и чувство жалости, трудно отказать этим действиям в решительности и твердости. Безо всяких переговоров, иллюзий или компромиссов эти бунтовщики, стремясь к своей цели, в каждом своем поступке шли ва-банк, невзирая на мораль, голос совести или свое происхождение. И якобинцы, и большевики вырезали представителей правящего класса и казнили монаршие семьи. Они порвали с христианством и вели против католической религии войну на уничтожение. Они сумели втянуть свои народы в войны, которые велись ими с увлеченностью и размахом, — тогда это были революционные войны, теперь такую же войну начали немцы. Теории и идеи этих подрывных элементов имели огромное влияние, далеко выходящее за границы своих стран.
Методы нацистов другие, но в их основе лежит тот же самый принцип: убийство и уничтожение инакомыслящих.