Разыщу я однушку, нарисую татушки и уеду в Санкт-Петербург,
Я устроюсь в «Афишу», разгорится кострищем зависть бабушкиных подруг.
Это мне сказал сделать Слава — мой хороший друг:
Чемодан, вокзал, поезд «Москва-Санкт-Петербург».
Первые дома были лёгкими, как шалаши. Но потом испанцы научили нас строить так, чтобы жилища стояли и после бурь. Кочевники для них — плохие работники на полях. Оседлые — вот кто работает хорошо.
А в глазах плещет радость, и ветер всегда с Невы.
И зонтов здесь не надо, под каплями синевы
Мы растем быстрее и тянемся к небу, ввысь,
Где мечты зажглись...
Доброта сердца и откровенный характер, хотя бы они давали большое душевное наслаждение и наполняли умы благородной гордостью, ни в коем случае — увы! — не ведут к преуспеянию в свете. Благоразумие и осмотрительность необходимы даже наилучшему из людей. Они являются как бы стражами добродетели, без которых она всегда в опасности. Недостаточно, чтобы намерения ваши и даже ваши поступки были сами по себе благородны, — нужно ещё позаботиться, чтобы они и казались такими. Как бы ни была прекрасна ваша внутренняя сущность, вы всегда должны сохранять приличную внешность. Необходимо постоянно следить за ней, иначе злоба и зависть постараются так вас очернить, что проницательность и доброта неспособны будут проникнуть сквозь толщу клеветы и разглядеть внутреннюю красоту.
Человека без изъяна
Сделал труд из обезьяны,
И охота, не охота –
Отправляйся на работу!
Чтобы определить, сколько времени потребует работа, возьмите время, которое по вашему на неё необходимо, умножьте на 2 и замените единицы измерения на единицы более высокого порядка.
В Петербурге, который давным-давно мертв, никто никуда не спешит. По крайней мере среди людей, с которыми общаюсь я. Все срочное, что могло здесь случиться, уже случилось. Причем давно.
Все, что есть ценного в сегодняшнем Петербурге, связано как раз с тем, что это НЕ столица. Что это мертвый и оттого особенно прекрасный город. Все ценное, что родилось в Петербурге за последние десятилетия (от прозы Довлатова до песен Цоя, от картин митьков до петербургских рейвов), — это лишь похоронный гимн. Перед вами не город, а его надгробие.
Успех продвижения по службе зависит не от тех, кто тобой доволен, а от тех, кого ты не раздражаешь.
Cлайд с цитатой