Ох, весы, весы, весы, спасибо, что вы есть,
После сна кошмарного, надо бы поесть!
Ох, весы, весы, весы, спасибо, что вы есть,
После сна кошмарного, надо бы поесть!
Баба вскрикнула во сне и глаза открыла,
И в рассветной тишине на весы ступила.
Смотрит баба на табло и радости не верит,
Там двузначное число — девяносто девять!
Встала баба не весы, сняв с себя одежду,
Украшения и трусы. Затаив надежду.
Только это не спасло бабу от расстройства,
Ей трехзначное число выдало устройство.
Конечно, не все толстяки веселые. Некоторые из них — женщины. Давайте без подколов, у толстушек тоже есть чувства, в основном чувство голода. Ну, это же просто шутка, чтобы посмеяться! Я рассказал ее как-то, так девушка просто поднялась и ушла, точнее сказать, выкатилась, наверное, обиделась, хотя, может, и проголодалась.
Я целыми днями лежу на боку,
Съедаю в минуту по окороку,
Пятнадцать батонов, пятьдесят куличей
И сотню зажаренных толстых грачей,
Селедку под шубой, картошку с ботвой,
Засаленный город, сегодня я твой!
К друзьям поднимаюсь — ступеньки трещат.
Мне все очень рады и все мне кричат:
Эй, толстый!
— Я именно та женщина, которая тебе нужна.
— Если бы ты только похудела килограммов на двадцать!
Во сне даже ем я и ем на ходу.
Я ел так и в школе и в детском саду.
И не расстаюсь я с пирожным и кексом
Даже когда занимаюсь сексом.
Во время удобное и неудобное
Я ем и съедобное и несъедобное.
Я съел свиноматку и свинопапку
И даже свою меховую шапку.
Свой кожаный плащ и свои ботинки,
Бабули моей граммофонные пластинки.
И теперь в животе звучит что-то такое:
«Сердце, тебе не хочется покоя».
Лай-ла-ла-ла!
Зомби повернулся и пошел по проходу из зала. Блейн не отрываясь смотрел ему вслед и вдруг почувствовал какую-то тяжесть на своем плече.
Это Мэри Торн упала в обморок. Впервые она повела себя, как женщина.
Я поцеловал свою первую женщину и выкурил свою первую сигарету в один и тот же день. С тех пор у меня уже никогда не хватало времени на сигареты.