Попутного ветра и спокойного моря!
Шум успокаивает меня, словно прибой.
Попутного ветра и спокойного моря!
Вот и старый кабак. Много лет
Дождь осенний его убивает.
Я пришел, но тебя уже нет,
От страданья любовь убывает.
Я страдаю. Когда ты ушла,
Я смеяться учился искусно.
Плачу я без любви, без тепла
И живу с той поры только грустно.
Ты хотя бы на память храни,
Моё сердце, тоски неизбежность,
Ты храни эту древнюю нежность
И от ран почерневшие дни.
Довакин, Довакин, козни зла пресеки, ты вовек дал в том клятву свою!
И враги много бед слышат в кличе побед, Довакин, поддержи нас в бою!
О вы, дети снегов, сказ далеких веков вы услышьте о витязе том!
Кто и змию, и расам людей был родней, силы в ком, как в светиле златом!
Гласом вооружен, к полю славы шел он, в час, когда Тамриэль жгла война!
Мощь ту’ума врагов, как мечом, всех секла, Довакина так сила звучна!
Умоляю тебя, ангел милый,
Посетим на прощание вновь
И поплачем с тобой у могилы,
Где покоится наша любовь!
Как прекрасен убор погребальный!
Сколько в ней чистоты неземной!
Как цветок, истомившийся в зной
И поникший над влагой зеркальной
Словно в грезах о светлом былом -
Побледневшим и юным челом
Так она поникает печально.
В жизни все повторяется гораздо чаще, чем можно подумать. Море бесконечно более разнообразно.
Не знаю, как у других, а у нас, у русских, принято прощаться долго и всерьез. Уходит ли человек на войну, отправляется ли в кругосветное путешествие, едет ли в соседний город в несколькодневную командировку или, наоборот, в деревню к родственникам, его провожают долго и обстоятельно. Поэт сказал: «…и каждый раз навек прощайтесь, когда уходите на миг». Именно так мы и делаем. Созываем гостей, пьем, произносим тосты за отъезжающих, за остающихся. Перед выходом из дома принято на минутку присесть и помолчать. А потом на вокзале, на пристани или в аэропорту мы долго целуемся, плачем, произносим глупые напутствия и машем руками. У нас в доме было принято, что, когда кто-нибудь уезжал, мать не подметала полы до тех пор, пока от уехавшего не приходила телеграмма о благополучном прибытии на место. Может, кто-то считает это дикостью, но мне весь этот ритуал, замешенный на вековых традициях и привычках, нравится и кажется исполненным высокого смысла. Потому что мы никогда не знаем, какое из наших прощаний окажется последним. «…И каждый раз навек прощайтесь, когда уходите на миг».
Шторм, шторм, шторм, шторм.
Мы вышли из моря
с отмеренным сроком скитаний
среди серых мелких луж.
Мы прячемся в сумрак задраенных окон
и наглухо зашторенных душ.
А ветер уносит осколки признаний,
но не приносит ответов.
мы — безымянные волны в безумном океане,
смывающим ночь с рассветом.
Шторм, шторм, шторм.
И я завёрнут в шторм как в колыбель.
Шторм, шторм, шторм.
Брызги пены, солёная метель.
Шторм, шторм, шторм.
В открытый океан легли на мель.
Шторм, шторм, это мой шторм.
Это наш шторм.