— Скажи мне, Ричард, ты любишь рыб?
— Нет, я могу её есть, но я бы не назвал это любовью.
— Думаю, люди могли бы многому научиться у рыб.
— Ничего тупее в жизни не слышал.
— Скажи мне, Ричард, ты любишь рыб?
— Нет, я могу её есть, но я бы не назвал это любовью.
— Думаю, люди могли бы многому научиться у рыб.
— Ничего тупее в жизни не слышал.
Выпьем, выпьем за то, что каждую секунду мы пишем книгу своей жизни.
Сделаем так, чтобы это был великий роман или хотя бы интересное чтиво, с перестрелками и с постельными сценами.
— Только посмотрите, это огромный памятник Пенису.
— Но это ведь работа вашей жены?
— Да, но это не значит, что у меня нет своего мнения.
— Отправляясь на встречу с Князем тьмы, не очень вежливо брать с собой освященные предметы, — заметил демон.
— А тыкать в лицо пистолетом, когда пришел нанимать на работу, — это вежливо? — фыркнула я.
— Адвокаты! Адвокаты! Если мне захочется услышать крики, вопли, ругань и брань, я съезжу на вечер к родным в Скарсдейл, ясно?
— Да, Ваша честь! [хором]
Я как рассуждаю, вот кто Россию полюбил, кто ей верно служит, вот тот русский. Вот Лефорт, Ганнибал, вот они-то русские, а вот Алексашка, твой, Меньшиков, да, вот он был русский, когда на Неве и Полтаве воевал, а как стал воровать без совести и закона — так в басурманы и перекинулся!
И на кой тебе нужна в
энтом возрасте жена?
Ведь тебе же как мужчине,
извиняюсь, грош цена!
Жена принимает в супружестве имя мужа, подобно тому как победитель принимает имя битвы, им выигранной.