Человек любит гордиться тем, что у него есть личное мнение. Это позволяет ему чувствовать себя особенным, заставляет думать, что он выделяется из бесконечного стада себе подобных. И даже если это мнение вовсе не его, даже если оно навязано обществом или сформировалось под влиянием авторитетного человека, все равно право собственности ты оставляешь за собой. А вместе с этим и право гордиться этой собственностью.
Я знаю, что меня обвиняют в чрезмерной гордости, благодаря ей я кажусь невыносимым некоторым вздорным людям, с которыми обращаюсь свысока. Если же я вижу себя окруженным стаей лисиц и собак, равно как и других представителей общества, льстивых и злобных, то естественно, что я поднимаю львиный рев, с целью их напугать. Между ними и мною не может быть перемирия. Ибо я чувствую в себе возвышенную душу, и она не хочет запятнать себя грязью этой знатной, благоприличной сволочи. Они правы, — для них я отвратителен, так как они признают прекрасным лишь того, кто на них похож. Я верно изобразил себя, со всеми моими безрассудствами, в Ортисе, и надеюсь, что ты в моем характере найдешь много редкого, но ничего отвратительного...
Он посмотрел на нее со слабой тенью улыбки и похлопал по руке, словно ребенка.
— Разве вы не понимаете, — спросил он, — что мы не можем жертвовать миллионами во имя нескольких человек?
— А жертвовать несколькими, когда эти несколько — лучшие из лучших? Отберите у лучшего его право на вершину, и у вас не останется лучшего. Что есть ваши массы, как не миллионы глупых, съежившихся, безразличных душ, у которых нет собственных мыслей, собственных мечтаний, собственных желаний, которые едят, спят и беспомощно твердят слова, вбитые в их мозг другими? И для этих вы пожертвовали бы несколькими, кто знает жизнь, кто есть сама жизнь? Меня тошнит от ваших идеалов, потому что я не знаю худшей справедливости, чем раздавать не по заслугам. Потому что люди не равны в способностях и нельзя обращаться с ними так, будто они равны.
Гордость её напоминала распятие Христа. Все поклоняются, а он устал и слезть не может.
По моему мнению, не существует таких обществ, в которых бы существовало более добра, чем зла.
Роли тех людей, что по мне, для общества вредны.
Мудрый Создатель однажды раздаст моим родным.
Почему двое идут навстречу друг другу и расходятся? Почему каждый из них впоследствии жалеет, что не сделал первый шаг? Зачем нужна гордость, если вместе с ней мы теряем что-то большое и светлое?
Можно утверждать, и не без основания, что пороки цивилизации обязаны своим существованием тому факту, что ни одному ребенку никогда еще не удалось вдоволь наиграться. Или, иначе говоря, каждого ребенка специальными усилиями превращают во взрослого задолго до того, как он достигнет взрослости (подобно тому как растения в теплицах выгоняют в рост до срока).
Cлайд с цитатой