Вечер с Владимиром Соловьёвым

Русский народ великий государственный народ! Он создал самое сильное государство! Он великий собиратель! Он дважды!!! Дважды!!!... в двадцатом веке это государство разрушил. Дважды... потому что перестал любить. Вот перестал любить почему-то и всё. Вот когда он любит — он собирает, когда нет — возникает то, что возникает.

Другие цитаты по теме

Чудовищная несостоятельность элиты есть гораздо большее преступление, чем жестокость. Во-первых, потому что эта чудовищная несостоятельность порождает жестокость, во-вторых, потому что она жестока сама по себе, потому что ей наплевать на всех, кроме самой элиты. И в-третьих — потому что потом приходит диктатор на волне ее несостоятельности. Что нужно было от Хрущева секретарям райкома? Чтобы элиту не трогали. Почему они так восстали против Берии? Потому что они хотели защитить себя. И каждый раз, когда они начинают думать о себе, обсуждать, сколько это дало им, а не народу, рано или поздно за это народ мстит. И это справедливая месть.

Душа у русских, как известно, широка и глубока, поэтому, когда она изливается, затопляет все живое и неживое.

Так вот что значит знаменитый русский фатализм... Смотреть сквозь запотевшее стекло, как все твои добрые намерения тонут в колоссальном бардаке, окружающем тебя.

Русские в своей истории делятся на тех, кто не хотел цивилизоваться и развиваться и тех, кто хотел.

В стране, страдающей перепотреблением водки, всеобщие десятидневные праздники становятся страшнее любого массового теракта.

Да, вот они, русские характеры! Кажется, прост человек, а придёт суровая беда, в большом или в малом, и поднимается в нём великая сила — человеческая красота.

... а мы все время говорим: «... нет, международное право! Мы взываем к вашей совести!» А к чему взывать? Там вместо совести доллар вырос.

Самое мерзкое в любой поездке — это приехать домой и опять стать русским в толпе русских.

Над кормою приспущенный флаг,

В небе мессеров хищная стая.

Вдаль уходит последний моряк,

Корабельную бухту оставив,

И твердит он, смотря на закат,

И на берег покинутый, узкий:

— Этот город вернётся назад -

Севастополь останется русским!

Здесь для нас очень большая опасность. Я думаю, что на каком-то этапе мы придем к достаточно тяжелому для себя выводу о том, что нас на определенном этапе будет устраивать и мы будем заинтересованы в сохранении Америки, как носительницы централизованного государства. Для меня лично это очень тяжелый вывод. Но тем не менее. Потому что оставаться один на один с Китаем, и, обезумевшей в своем глобализме и беспомощности, Европой — может быть очень опасно.