Интрига — такой сложный предмет, который нельзя потрогать руками. Если она есть, то ты до последнего будешь волноваться.
Страхи существуют лишь затем, чтобы их преодолевать.
Интрига — такой сложный предмет, который нельзя потрогать руками. Если она есть, то ты до последнего будешь волноваться.
Правдоподобность слухов не так важна, как их «Вау!». Если человек видит информацию, пусть и самую абсурдную, на форумах в интернете, потом ему тоже сообщает соседка грызущая семечки у подъезда, а следом звонит ошарашенный друг: «А ты читал что у вас...»., поневоле принимаешь любой абсурд за правду. По крайней мере думаешь, что нет дыма без огня.
— Витли!
— Да, сестра?
— Ты знал об этом?
— О чём?
— Тебе никогда не нравилась Винтер. Никогда не нравилась я. Но ты только и делал, что сновал у меня за спиной со времени возвращения в Атлас.
— Если быть добрым к своей старшей сестре — преступление, то я виновен по всем статьям.
— ... Ты хотел, чтобы это произошло.
— Глупо идти против воли отца.
— Не могу поверить...
— Не переживай, Вайсс. Честь семьи Шни теперь в хороших руках.
Обязанности государства как броня. Когда ты на него работаешь, броня тебя защищает. Но носить ее тяжело. Человек устаёт. Ноша тяжелая. А когда снимешь ее, становится легче. А как только становится легче, человеку хочется бегать, прыгать и что-нибудь разрушить. Легкость — это хорошо. Но брони-то уже нет.