Ты сначала застрахуй его, а потом убивай! С паршивой овцы хоть шерсти клок!
Если мужик всё время ходит налево — получается, что он ходит по кругу… и в итоге возвращается!
Ты сначала застрахуй его, а потом убивай! С паршивой овцы хоть шерсти клок!
Если мужик всё время ходит налево — получается, что он ходит по кругу… и в итоге возвращается!
— Антоша, у нас Алексей из дома ушёл…
— Да ты что?! Так это ж надо отметить! Шампанское или лучше салют?
— Перестань паясничать. Он навсегда ушёл…
— Полин, прекрати пожалуйста. Нельзя столько хороших новостей и сразу — у меня сердцебиение начинается. А дед?... здесь ещё?!
А я почему своего огорода-то никогда не держал? — потому что всегда был доступ к чужим сараям!
— Ну и где нам теперь продукты хранить?
— Лёхе по карманам распихай вместо холодильника: он же отморозок — должен холод держать!
— Идиот. Открой глаза!
А?... Ой!
Я открыл глаза и узрел такую картину: сижу на лавочке, а напротив меня стоит туша, поперёк себя шире, да ещё и с крыльями. И как же это он летает-то?
— Ты кто?
— Я — твоя смерть!
— А по отчеству?
— Семена свежей питайи, смешанные ровно с одной унцией меда акации в керамической миске... не пластиковой. Что это за заклинание?
— Завтрак. Это райдер Винса. Видал и похуже.
— Ну я что, виновата? Я тебе телефон давала в пять утра. Мы ж радионщики. а не пиаристы. Вот у меня Иннокентий Бутусов и Иннокентий. святой отец. И оба на четвёрку.
— Откуда у тебя вообще телефон священника?
— Бред. Как вы вообще собирались выступать? Пять раз по десять минут.
— Проповеди. У меня всё с собой. Кадило, молитвенник, Клобук даже есть, парадное облачение...
— А ванна зачем?
— Какая же это ванна, сынок? Это купель. Я и петь могу. Вот у меня даже балалайка есть.
— Бред. Паноптикум. Поп в ванне, играет на балалайке. В купели. Ну рубли, за паноптикум с балалайкой в ванне — это недорого.