— Это уже ничего не изменит..
— Да плевать... Он убил мою маму!
— Это уже ничего не изменит..
— Да плевать... Он убил мою маму!
Кэп: Прости, Тони, будь у меня выбор, я бы на это не пошел. Но он — мой друг!
Тони: А я больше нет!
— Я за контроль в любом виде.
— Нет, прости, Тони. Когда над миром нависает угроза, я должен действовать, хочу я этого или нет.
— А я вот иногда хочу по зубам тебе дать!
— Э-э-э, тут кое-что полетело, придётся отдать в ремонт.
— Кто это там болтает?
— Это твоя совесть. Вижу, ты совсем меня потерял.
— В том, что ты творил эти годы... твоей вины нет. Это не твой выбор.
— И всё же. Мои руки в крови.
— Это был очень рискованный план.
— Большие риски — большие награды! Единственная игра, в которую стоит играть.
— Тебе, может, и стоит. Ему — нет.
— Это мне и нравится в тебе, звёздно-полосатый: твой стакан всегда наполовину полон. Простоквашей.
— Что тобой движет? Я серьёзно, в чём твоё кредо? Что поднимает тебя по утрам?
— Да просто... Я всю жизнь был собой, а такой всего лишь полгода. Читаю, вожусь с компьютерами.
— Какова вероятность, что эта штука и вправду доставит нас до Альфхейма?
— Ну-у... Сто процентов.
— Вероятность достичь Альфхейма составляет семьдесят восемь процентов.
— ...
— Что, если округлить, в принципе, сто процентов. [шёпотом] Так нечестно, Джарвис! Мы же договаривались использовать нечёткую математику!
— Я использовал математику, сэр. Вы — добавили нечёткости.
— С ним всё будет хорошо, он же целая толпа динозавров в одном лице! А знаешь, у кого ещё были такие способности? У динозавров! И посмотрите, как всё закончилось для них!..
— Ой, нет. Плохой пример.