— Что теперь главное, когда все это запрещено?
— Не нарушать?
— Не попадаться, пока не попадаться, отсидеться, а потом они устанут бороться сами, и всё пойдёт по-старому.
— Что теперь главное, когда все это запрещено?
— Не нарушать?
— Не попадаться, пока не попадаться, отсидеться, а потом они устанут бороться сами, и всё пойдёт по-старому.
Попсу обычно худшее наказание ожидает: Алену Апину или Шатунова у нас сам Торквемада на решетке будет запекать, с ароматным перцем и соусом-барбекю. Но думаешь, их это пугает? Я давно знаю людей — каждый планирует жить вечно. Никто не рассчитывает, что этим же вечером может неожиданно склеить ласты.
Эта женщина тем, что была здесь, нарушила весь ритуал. И потому все старались как можно больше шуметь, громко разговаривать, шутить, смеяться, чтобы заглушить страшный немой укор ее молчания. Казалось, она заставила пустые стены вопить от возмущения, сбрасывать на мечущихся по комнатам людей тонкую пыль вины, которая лезла им в ноздри, въедалась в душу...
— Мы ничего не сделали, не нарушили ни одного правила.
— Не гони, мы нарушили кучу правил. Во-первых, фальшивые документы.
— Читательские билеты, чтобы ходить в круглосуточную библиотеку.
Мир, в котором вы хотите исправить ошибки, отличается от мира, в котором вы эти ошибки сделали.
Нарушить запрет или нет — каждый определял сам, в зависимости от личных склонностей: я предпочитаю один сорт сигарет, ты — другой, что ж тут терзаться?