Утро началось с побудки. Вставать хотелось как работать, то есть не хотелось вовсе.
По-настоящему сильный человек никогда не боится показаться смешным.
Утро началось с побудки. Вставать хотелось как работать, то есть не хотелось вовсе.
Если бы в следующее утро Стёпе Лиходееву сказали бы так: «Стёпа! Тебя расстреляют, если ты сию минуту не встанешь!» — Стёпа бы ответил томным, чуть слышным голосом: «Расстреливайте, делайте со мной, что хотите, но я не встану».
— Доброе утро!
Этот момент я очень люблю. Именно так в меня загружается ощущение особого времени под названием «утро».
Идёт к финалу игра в этот раз,
А ты всё так же молчишь, я говорю.
Минут пятнадцать осталось до утра...
Не вызывай, так словлю и свалю.
Четыре тридцать, утро, птички,
И так приятно на душе!
Рассвет устроил перекличку,
Всех птиц небесных на крыше.
Послушал их, водицы выпил,
Но птицам сон я предпочёл.
Сказал: «надеюсь, не в обиде»,
И просто дальше спать пошёл.
За что я не люблю утро — так это за то, что оно всегда наступает, когда я еще сплю. Я встаю, умываюсь, одеваюсь, добираюсь кое-как до кухни, заправляюсь апельсиновым соком, — и все это как в тумане. Я просыпаюсь по-настоящему только после четвертого блинчика и второй чашки кофе...
Нет ничего лучше, чем ясное, солнечное весеннее утро в старом центре Ехо... и нет ничего хуже, чем ясное, солнечное утро в любое время года и в любой точке вселенной — в том случае, если вам не дали выспаться.
Боже, снова утро! Лишь головой до подушки, глаза закроешь и на тебе — подъем. Ну, кто бы знал, как не хочется вставать! Впрочем, у меня ещё есть пять минут до звонка будильника, можно полежать в своё удовольствие, пока этот механический садист не принялся трезвонить. Отвратительное изобретение человечества, но, к сожалению, необходимое. Даже не открывая глаз, по морде будильничьей вижу: готовится, сволочь, звенеть...