Терри Пратчетт. Ночная Стража

Эта соблазнительная теория пришла в голову Виглету и Вадди, и, да, даже в не сильно тренированную голову Фреда Колона, и, насколько Ваймс смог понять, это было примерно так:

1. Предположим, расстояние позади баррикад больше, чем перед ними, так?

2. Тогда, вроде, там больше людей и больше города, если вы следите за ходом мыслей.

3. Тогда, поправьте меня, если я ошибаюсь, сержант, но это значит, скажем так, что мы впереди баррикад, я прав?

4. И тогда получается, что мы не бунтуем, так? Потому что нас больше, а большинство бунтовать не может, это очевидно.

5. Так что мы теперь — хорошие парни. Разумеется, мы были хорошими парнями все это время, но теперь это вроде как официально, так? Вроде как математически доказано?

6. Так что мы подумали, что дотащим их до Короткой улицы, а потом мы могли бы проскочить к Мутному Колодцу и вплоть до другой стороны реки…

7. Из-за этого у нас будут неприятности, сержант?

8. Вы странно смотрите на меня, сержант.

9. Простите, сержант.

Другие цитаты по теме

— А, дезертиры. У нас тоже. В кавалерии! Как бы ты назвал человека, который бросает свою лошадь?

— Пехотинцем?

— Я не повстанец! — крикнул Шнобби. — Не смейте звать меня повстанцем, я не повстанец, я анкморпоркский мальчишка, так-то, и я горжусь этим! Вы не правы, я никогда не был повстанцем, жестоко так говорить! Я честный мальчик, вот!

По его щекам потекли крупные слезы, смывая грязь, чтобы обнажить новый ее слой.

Как хорошо и спокойно знать, что боги есть. И как страшно понять, что они уже здесь.

– Бросай оружие, – сказала Анафема за его спиной, – или я пожалею о том, что мне придется сделать.

И это правда, подумала она, когда часовой в ужасе замер. Если он не бросит автомат, он увидит, что у меня в руках палка, и я пожалею о том, что мне придется расстаться с жизнью.

Шесть оглушительно молчаливых ударов прокатились над городом: то городские часы по имени Старый Том демонстративно не пробили время. 

Ему не нравилось жить в мире героев. Строишь-строишь цивилизацию, а потом появляется какой-нибудь герой и...

В девяти случаях из десяти волшебство — это всего лишь знание некоего факта, неизвестного остальным.

Никогда не доверяй собаке с оранжевыми бровями.

— Нянюшка?

— Да, милая?

— А синие мыши бывают?

— Нет, если ты трезвая, дорогуша.

— Значит... Мне нужно выпить!

Элла повернулась к очагу, где над тем, что матушка Ветровоск обычно называла огоньком оптимиста[два полена плюс надежда], висел закопченный чайник.