Терри Пратчетт. Ночная Стража

Эта соблазнительная теория пришла в голову Виглету и Вадди, и, да, даже в не сильно тренированную голову Фреда Колона, и, насколько Ваймс смог понять, это было примерно так:

1. Предположим, расстояние позади баррикад больше, чем перед ними, так?

2. Тогда, вроде, там больше людей и больше города, если вы следите за ходом мыслей.

3. Тогда, поправьте меня, если я ошибаюсь, сержант, но это значит, скажем так, что мы впереди баррикад, я прав?

4. И тогда получается, что мы не бунтуем, так? Потому что нас больше, а большинство бунтовать не может, это очевидно.

5. Так что мы теперь — хорошие парни. Разумеется, мы были хорошими парнями все это время, но теперь это вроде как официально, так? Вроде как математически доказано?

6. Так что мы подумали, что дотащим их до Короткой улицы, а потом мы могли бы проскочить к Мутному Колодцу и вплоть до другой стороны реки…

7. Из-за этого у нас будут неприятности, сержант?

8. Вы странно смотрите на меня, сержант.

9. Простите, сержант.

Другие цитаты по теме

Монах протянул Ваймсу кружку. Ваймс, помедлив, взял ее и вылил чай на землю. — Я вам не верю, — сказал он. — Кто знает, что вы туда положили. — Даже представить себе не могу, что можно положить в чай, чтобы он стал хуже того чая, который вы обычно пьете.

— Я не повстанец! — крикнул Шнобби. — Не смейте звать меня повстанцем, я не повстанец, я анкморпоркский мальчишка, так-то, и я горжусь этим! Вы не правы, я никогда не был повстанцем, жестоко так говорить! Я честный мальчик, вот!

По его щекам потекли крупные слезы, смывая грязь, чтобы обнажить новый ее слой.

Двацветок развернул лошадь и рысью поскакал обратно, демонстрируя мастерство верховой езды, типичное для мешка с картошкой. 

Никогда не доверяй собаке с оранжевыми бровями.

– Бросай оружие, – сказала Анафема за его спиной, – или я пожалею о том, что мне придется сделать.

И это правда, подумала она, когда часовой в ужасе замер. Если он не бросит автомат, он увидит, что у меня в руках палка, и я пожалею о том, что мне придется расстаться с жизнью.

Ему не нравилось жить в мире героев. Строишь-строишь цивилизацию, а потом появляется какой-нибудь герой и...

— Между прочим, в ней (в пасте) крокодильи яички. Очень питательно.

— А я и не знал, что у крокодилов есть яички, — сказал профессор самых современных рун.

— Больше нет, — заметил слугобраз Шноббс.

— Никто не запретит мне отлупить эту наглую ящерицу!

— Лупи себе на здоровье. Но, может, все-таки не змеей?

В девяти случаях из десяти волшебство — это всего лишь знание некоего факта, неизвестного остальным.

— Нянюшка?

— Да, милая?

— А синие мыши бывают?

— Нет, если ты трезвая, дорогуша.

— Значит... Мне нужно выпить!