Михаил Леонидович Хазин

В стране шесть лет идёт экономический спад. Пять лет падает уровень жизни населения. Странно было бы, если бы при падающем уровне жизни население шиковало. Дело в том, что у любой экономики есть некоторые ресурсы, которые можно задействовать для развития. Это сбережения населения, инвестиции внешние или внутренние, денежная система, налоговая система и так далее. В нашей же стране налоговая система и финансовая и бюджетная системы целенаправленно выстроены так, чтобы не допустить создания внутренних резервов роста.

Другие цитаты по теме

Вследствие ошибки Путина страна обречена: у её экономистов мозги промыты ещё со времён Ельцина! Сегодня у США самый крупный государственный долг в мировой истории. У США самый большой торговый и бюджетный дефицит в мировой истории. Безработица в США составляет 22 процента, которые скрываются. Если неолиберальная экономика не работает в Америке, то почему она будет работать в России?

Те, кто нес деньги Мавроди двадцать лет назад, — они просто доверчивые. А те, кто несут деньги таким же, как он, сейчас — подлые. Они думают: может быть, мы в самые первые ряды попадем, тогда успеем удвоить капитал, а там — пускай.

— Может ли русский мужик против образованного человека чувство иметь? По необразованности своей он никакого чувства не может иметь. Я с самого сыздетства, как услышу, бывало, «с малыим», так точно на стену бы бросился. Я всю Россию ненавижу, Марья Кондратьевна.

— Когда бы вы были военным юнкерочком али гусариком молоденьким, вы бы не так говорили, а саблю бы вынули и всю Россию стали бы защищать.

— Я не только не желаю быть военным гусариком, Марья Кондратьевна, но желаю, напротив, уничтожения всех солдат-с.

— А когда неприятель придет, кто же нас защищать будет?

— Да и не надо вовсе-с. В двенадцатом году было на Россию великое нашествие императора Наполеона французского первого, отца нынешнему, и хорошо, кабы нас тогда покорили эти самые французы: умная нация покорила бы весьма глупую-с и присоединила к себе. Совсем даже были бы другие порядки-с.

Таргетирование инфляции — это дымовая пропагандистская завеса, помогающая недругам уничтожать нашу экономику.

Финансовая власть по типу ментальности не способна даже сформулировать модель экономики, построенной на развитии производства.

Экономическая ситуация в стране быстро ухудшается и сохранение политической стабильности в такой ситуации вопрос даже на интервале 2-3 года, что уж говорить о том, что будет после 2024 года. При этом изменить её можно только в том случае, если отобрать у либеральной элитной группировки монопольные рычаги управления финансами и экономикой. С учётом накопленных ею в процессе приватизации активов и жёсткой поддержки со стороны транснациональных банкиров (и их институтов типа МВФ), сделать это чисто внутренними ресурсами практически невозможно. Сама же либеральная группа, что я описываю уже много лет, вполне целенаправленно создаёт барьер между Путиным и обществом, постоянно ухудшая условия жизни большей части населения страны. Для этого используется и политика ограничения экономического роста (в стране экономический спад уже более 7 лет), и постоянное повышение налоговой нагрузки (на фоне экономического спада — уникальный способ), и принятие большого количества экономически бессмысленных, но крайне социально неприемлемых законов типа пенсионной реформы. И критическая точка уже пройдена, после пенсионной реформы лета 2018 года общество твёрдо убеждено, что политика Путина и либеральная политика правительства полностью совпадают.

Когда киевские власти делают очевидную глупость и ставят некие общеполитические интересы и интересы безопасности выше интересов людей, боже упаси зеркально отвечать им тем же.

Россия творила царей — а не цари Россию. За тысячу лет у нас были удачные монархи и были неудачные, — но страна росла и ширилась при всех них. Приведу такой пример: при совсем приличном по тем временам правительстве Александра I Россия справилась со всей Европой приблизительно в полгода. При исключительном по своей бездарности правительстве Петра I — на Швецию понадобился 21 год. Совсем без правительства в эпоху Смутного времени поляки были ликвидированы примерно в шесть лет. Следовательно — никак не отрицая огромной роли правительства — надо все-таки сказать, что это — величина производная и второстепенная. Решает страна. Правительство помогает (Александр I), портит (Петр I) или отсутствует вовсе (Смутное время), но решает не оно: решает народ. Однако народ решает не как физическая масса. Не как двести миллионов людей — по пяти пудов в среднем — итого около миллиарда пудов живого веса, а как сумма индивидуальностей, объединенных не только общностью истории и географии, но и общностью известных психологических черт.

Россия сильна слабостью, невежеством, бездорожьем.