Страдания — горькие специи. И порой они неплохо повышают аппетит.
В раскрытии чужих тайн мало приятного, зато много грязи.
Страдания — горькие специи. И порой они неплохо повышают аппетит.
Когда мне плохо, я теряю способность видеть ситуацию со стороны и рассуждать здраво. Мне представляется, что никто больше такой боли не испытывал, никого не окружали такие сволочи и ни у кого не было таких мучений. Чужие страдания кажутся мелкими, даже если разумом я понимаю, что у меня просто заноза в пальце, а у другого всю руку снесло. Но это же МОЙ палец и МОЯ заноза!
Тебе предназначено было страдать. И по этому пути ты собираешься идти вечно. Не научишься. Не меняешься.
Люди любят обсуждать страдания других, совать пальцы в раны и облизывать, словно это мед. Но я не позволю им есть из моего улья.
Мне кажется, мир нуждается в кинематографе так же, как тяжелораненый нуждается в обезболивающем.
Когда я думаю о большом бизнесе, о больших целях, я почему-то всегда представляю альпинистов. Представляю большую гору. Почему? Потому что, чтобы взойти на большую вершину, нужно много учиться, тренироваться. Ты не можешь это сделать моментально, мгновенно. Взять, купить билет и подняться на Эверест. Ты должен сначала взойти на Эльбрус, потом на Монблан и только потом задуматься об Эвересте. И самое главное — ты должен поверить, что это реально, что ты это сможешь сделать.