Вечера без тебя кажутся такими долгими..
Чужая боль помогает тебе бежать от своей, с которой ты боишься встретиться лицом к лицу.
Вечера без тебя кажутся такими долгими..
Чужая боль помогает тебе бежать от своей, с которой ты боишься встретиться лицом к лицу.
I thought about leaving for some new place,
Somewhere where I, I don't have to see your face,
'Cause seeing your face only brings me out in tears,
Thinking of the love I've wasted all through the years.
Ожидание, пробуждающее надежды, мелочи, напоминающие о человеке, которого совсем не знаешь, телефонный звонок, превративший день в праздник, и опять молчание, и мысли, мысли, мысли, которые гонишь прочь…
Тоска в наши дни неотделима от людей, как зубы или волосы. Да и может ли быть иначе? Жизнь у людей беспросветная, их вынуждают так жить. Я нахожусь в привилегированном положении, потому что могу делать то, что мне нравится, могу даже жить одна, если захочу. Но жизнь большинства людей ужасна. Их держат за горло, вынуждают работать с утра до вечера, они смотрят идиотское телевидение, никогда не остаются одни, загнанные в западню такими же людьми, как они. Они не могут позволить себе ни минуты того, что называют «добрым временем», старым добрым временем, которое течёт, секунда за секундой, и можно просто смотреть, как оно проходит. У большинства нет ни жизни, ни времени — только слепой и безумный бег по кругу.
И вода по крышам по карнизам ниже
Медленно стечёт в мои ладони.
Светлые печали, всё, о чём молчал я
Хлынет в сердце и оно утонет.
— Итак.. По шкале от 1 до 10. Ненавидишь на сколько?
— Я не ненавижу тебя, Лось! Я скучаю по тебе. И знаешь, что хуже всего? Чувство, что ты по мне не скучаешь...
... когда я увидел страдания матери, то понял, что для мужчины любить означает сорвать цветок женской красоты, поместить в оранжерею, где она будет чувствовать себя в безопасности, и бережно хранить ее… пока время не заставит ее поблекнуть. Тогда мужчины отправляются рвать другие цветы.
Знаешь ты, что весна
Поздняя без конца
В дверь стучит, торопя,
И любовь ожила.
Знаю я, нельзя любить без тепла,
Просто поздняя ты любовь моя.
— Султанша. Что-то случилось?
— Это мое первое и последнее откровение тебе, Дервиш.
— Что это значит? Что Вы…
— Слушай меня. Услышь меня и узнай. Эта ноша слишком тяжела. Я никогда такой ноши не носила. Оставь, пусть она немного станет легче. Ты… Ты… Ты – небо, Дервиш. Ты – свобода. Ну а я – султанша, которая навеки в клетке, я пленница. А чувства мои – путь, идущий в никуда. Бездонная яма. И знай… знай, что я пройду этот путь до конца. Я буду цвести в этой яме, Дервиш. До тех пор, пока не войду в могилу и не буду всеми забыта.