Виктория Роа

Другие цитаты по теме

Это напоминает одиночество, но сейчас я предпочитаю называть это ностальгией. И вот в этом отравляющем угаре, я могу вспомнить самое начало моей жизни, когда я поняла, что девочек от мальчиков отличает далекое не член между ног, а еще и поступки, и отношение к жизни, к сексу, к женщинам и алкоголю. Я была той, кого называют «теоретиком», что смотрела на сексуальные вещи, как на новые игрушки и ничего больше.

Тебе не нужна девственница, а знаешь, почему? Вы оба неопытные, и ты никогда не поймешь, как нужно вести себя с женщиной. Если при первом разе руководит она, то ты автомат в зачет получаешь.

— Час от часу не легче. Так вот, а Вы состояли в отношениях с ней?

— Секс — это отношения?

— Да.

— Тогда состояла.

... Она любительница чистоты, но грязного секса.

Как я только могла подумать, что смогу понравиться ему, как исполнительница песен? Все это было лишь предлогом, чтобы затащить меня в койку. Сейчас я начинаю понимать, что взрослые мужчины, которые вступили в брак до своего сорокалетия, просто не могут быть хорошими мужчинами. Это словно доказывает всю их сущность. Все отношение к таким, как я. Любая молоденькая девочка должна просто дать ему это. Это…секс.

Секс правит миром и хорошими девочками.

Тело — это меньшее из того, что женщина может дать мужчине.

Вот даже подумать о тебе, Стас. Что ты из себя представляешь? Что кроется под маской порядочного мужчины, что никогда не бьет и не оскорбляет, а тем более не повышает на слабый пол голоса? А такой ли ты хороший, как хочешь казаться? Не придерживаешься здорового образа жизни, куришь мерзкие сигареты от которых задыхаюсь я, и пьешь свой дурацкий каркаде, но при этом одинокий волк, что хотел трахнуть с напарником невинную девушку. А что же из себя представляет Герман? Заядлый любитель здорового образа жизни, любитель выпивать кофе с соль оказался гадкой мразью, вокруг которой вьются женщины, словно он лакомые медовые соты. Стас может оказаться весьма сладким в постели, а может и самым грубым господином, что скрывает свои фетиши за маской приличия, но только за закрытыми дверями и с любимой женщиной, он становится хищником. Он видит цель.

Любовь на сердце, секс в уме,

О чём бы мы ни говорили.

У нас всегда он в голове,

Хоть мы и кажемся другими.

Любовь сегодня, словно шляпу, скинули.

Сердца так редко от восторга бьются.

Любовь как будто в угол отодвинули,

Над ней теперь едва ли не смеются.

Конечно, жизнь от зла не остановится,

Но как, увы, со вздохом не признаться,

Что дети часто словно производятся,

Вот именно, цинично производятся,

А не в любви и счастии родятся.