— Моя мама подала на отчима в суд… У него были… эмоциональные проблемы.
— О, да! У меня тоже есть эмоциональные проблемы!
— Он четыре раза ударил ее ножом в грудь…
— Моя мама подала на отчима в суд… У него были… эмоциональные проблемы.
— О, да! У меня тоже есть эмоциональные проблемы!
— Он четыре раза ударил ее ножом в грудь…
— Во-первых, папа-штрумф не создавал штрумфетку! Это был Гаргомель. Она шпионка Гаргомеля, миссия которой заключалась в разрушении деревни штрумфов. Но присущая штрумфам доброта меняет её. А твоя история о групповухе вообще невозможна! Они бесполые. У штрумфов нет половых органов, под их белыми штанами!
— Что стало с моим сыном? Я его не узнаю.
— Почему бы тебе тогда не наглотаться таблеток, сука?
Кролики — это не мы! У них нет книг по истории, фотографий, знаний о том, что такое скорбь или сожаление. Простите, не поймите меня неправильно. Мне нравятся кролики. Они милые и вечно трахаются. А если ты милый и вечно трахаешься, наверное, ты счастлив. Ты не знаешь, кто ты и зачем вообще живешь. Просто хочешь как можно больше раз заняться сексом до смерти. Я не вижу смысла убиваться над мертвым кроликом. Который и смерти-то не боялся, если на то пошло.
— Донни, ты засранец!
— Элизабет, какая ты агрессивная. Может тебе стоит пойти к психологу, тогда твои мысли за сто баксов в час будет слушать специальный человек, а не мы.
я сидел со своим приятелем по кличке Эльф, в детстве Эльфу был конкретный кирдык, он весь съежился, годами валялся на кровати и тискал резиновые мячики, тренировался, а когда наконец поднялся с кровати, то был что в ширину, что в длину, эдакая гора мышц, звероподобный хохотун, метящий в писатели, но выходило у него слишком похоже на Томаса Вулфа, а Т. Вулф (не считая Драйзера) – худший писатель во всей Америке, и я вдарил Эльфу по уху (чем-то он меня взбесил).