Как ты мог оставить друга,
Помнишь, как жестокой вьюгой,
Кровью ран своих он тебя согрел,
Нес вперед и раненный хрипел.
Бились, бились волны за кормой,
Тихо таял берег твой родной
И морской прибой, зарево огня
Отражал отважный глаз коня.
Есаул, есаул, что ж ты бросил коня,
Пристрелить не поднялась рука...
Есаул, есаул, ты оставил страну,
И твой конь под седлом чужака.
— Финбоу, ты знаешь, почему человек любит смотреть на лошадей? Это частица уходящего мира.
— Все мы — частица уходящего мира... Ты Йен и я, только не хотим признать это.
Носимся мы по горам и долам
кони гнедые, буланые, пегие…
Всадники мчатся по важным делам.
Им, значит, надо, а мы, значит, бегаем!
Это понятно, что вы не со зла,
Ведь не имеют они представления,
Что, может, у лошади тоже дела,
И может, ей нужно в другом направлении?
Извозчичий кнут
все нахлестывает раз за разом
лошадь по спине —
звук бессмысленный и ненужный
на последнем пути к погосту...
Мы настоящей любви вовремя не оценили,
Только потом, когда поезд ушел, врем себе будто все хорошо.
И, оглянувшись назад, с горечью мы понимаем:
Кто-то уже нас любил, только мы брали чувства у жизни взаймы...
Ух сильна же наша Родина-мать,
Танки, крейсеры да добрый свинец,
Только кто ж теперь пойдёт воевать,
И опять же наступает…
Эх, наступает новая заря,
Жить, ребята, хочется не зря...
В юности ночи и дни так незаметно проходят,
Кажется нам, что любовь впереди, только время так быстро летит...
В юности ночи и дни так незаметно проходят,
Кажется нам, что любовь впереди, только время так быстро летит...
Рагнара всегда любили больше меня. Мой отец. И моя мать. А после и Лагерта. Почему было мне не захотеть предать его? Почему было мне не захотеть крикнуть ему: «Посмотри, я тоже живой!» Быть живым — ничто. Неважно, что я делаю. Рагнар — мой отец, и моя мать, он Лагерта, он Сигги. Он — всё, что я не могу сделать, всё, чем я не могу стать. Я люблю его. Он мой брат. Он вернул мне меня. Но я так зол! Почему я так зол?
Cлайд с цитатой