Увы, сколь коротки мгновения
огня, игры и пирования;
на вдох любого упоения
есть выдох разочарования.
Мгновенья счастья на подъем ленивы,
Когда зовет их алчный зов тоски;
Но, чтоб уйти, мелькнув, — как тигр, легки.
Я сны ловить устал. Надежды лживы.
Мне казалось что всё остальное неважно... что нет ни прошлого, ни будущего… нет проблем… есть — лишь этот миг…
Чтоб выжить и прожить на этом свете,
пока земля не свихнута с оси,
держи себя на тройственном запрете:
не бойся, не надейся, не проси.
Я живу — не придумаешь лучше,
сам себя подпирая плечом,
сам себе одинокий попутчик,
сам с собой не согласный ни в чём.
Это наша неповторимая жизнь. Когда-нибудь, через сто лет, о нас напишут поэму, но там будут только звонкие рифмы и ложь. Правда здесь. Правда этот день, этот час, это ускользающее мгновение.
Поскольку жизнь, верша полет,
чуть воспарив — опять в навозе,
всерьез разумен только тот,
кто не избыточно серьезен.
Жизнь измеряется не количеством сделанных вдохов и выдохов, а количеством тех моментов, когда от счастья захватывает дух.
Самая коварная вещь в переломных моментах в том, что определить их можно лишь в прошлом. Кто может сказать, какой выбор привёл к аварии, или от какой сигареты начался рак? И поэтому мы слепо спотыкаемся, никогда не зная, насколько мы близки к краю. Всё, что я знаю наверняка, если четыре Майклсона соберутся вместе, наступит тьма, какой мы ещё не видели. Так много возможных переломных моментов. Но, как узнать, наступит ли конец у нашего начала... Или начало конца?
Cлайд с цитатой