Всё, что человечество может вообразить, можно претворить в реальность. Воображение — это оружие. Оно превосходит всё, что есть в этом мире.
Когда ты желаешь чего-то и постоянно стремишься к этому — это и делает тебя тем, кто ты есть и именно твои поступки делают тебя неповторимым. Не желание и не мечты. Тот, кто не прикладывает никаких усилий не имеет права рассуждать об индивидуальности.
— Я умею сражаться. И тогда я бы мог сражаться. Я бы наверняка мог бы сразиться за свои мечты...
— Глупый ежик. Нет смысла думать, что ты мог бы сражаться. Есть только сейчас. Нужно сражаться сейчас.
— «Я — это я»? Ты думаешь, что можешь говорить подобное? Не смеши меня. Люди, которым не приходилось тяжело работать, всегда говорят «я — это я», хотя на самом деле они никто.
— Ты знаешь, Лихт-тян... Я скажу тебе кое-что. Я, ты, кто угодно — всего лишь второстепенный персонаж.
— Второстепенный? В этом мире нет таких людей, хотя... есть. Только один. Это ты. Второстепенная крыса. Только ты. Тебя просто забудут, даже когда ты еще будешь на сцене. Безымянный. проходной персонаж. Я скажу тебе одну вещь, второстепенная крыса. Желать чего-то. Добиваться этого. Быть самим собой. Это все. Один процесс. Ни к чему не стремишься, ничего не желаешь, не трудишься, ты, кто просто стоит здесь! Ты не имеешь права говорить «я»!! «Жадность»? Не смеши меня. У тебя нет даже амбиций. Единственный и неповторимый? Много чести, ты вообще не трудишься.
Те, кто не прикладывает никаких усилий, первыми кричат о том, что они просто те, кто они есть.
— Ты действительно выдающийся пианист, но есть много других не менее талантливых пианистов. Нет ничего уникального в нашем мире.
— А я пытаюсь втолковать тебе, что я уникален.
— Нет, я же сказал! Ты не особенный Лихтян! Будь на твоём месте кто-либо другой, публика также бы аплодировала и рыдала.
Не знаю, почему так сложилось у меня, но помню, что мне всегда было нетрудно представить себе разные вещи. У меня хорошая зрительная память, и, решая какие-то практические проблемы обыденной жизни, я часто представляю себе это зрительно. При таких условиях, очевидно, вполне естественно, что зрение также выполняет для меня роль средства для выражения тех чувств и представлений, для которых у меня ещё не было нужных слов.
Если бы все мы исповедались друг другу в своих грехах, то посмеялись бы над тем, сколь мало у нас выдумки. Если бы все мы раскрыли свои добродетели, то посмеялись бы над тем же.
Cлайд с цитатой