Хочешь цвести весной — стань землёй. Я был землёй. Я ветер.
Терпенье одолеет все дела,
А спешка лишь к беде всегда вела.
Хочешь цвести весной — стань землёй. Я был землёй. Я ветер.
Когда холоп отставлен, а без зова
Являет пыл непрошенных хлопот,
Он — словно в жены лезущая снова
Супруга, получившая развод.
Невежда в страхе жизнь провел:
Боялся он учиться слову.
И был он ну точь-в-точь осел:
Влачил свой век от рева к реву.
Благородство — это дело благороднейшего из благородных, государя; человек, обладающий благородством, имеет это качество от Царя небес.
О, мне бы крылья! Ввысь взлетев, летел бы вдаль, людей забыв,
Сгорели б крылья — побежал, подальше, прочь — пока я жив!
О, я покинул бы сей мир, и, пусть не дан мне дар Исы, —
Мне вместо крыльев — пыл души и одиноких дум порыв.
Увы, союз с людьми — тщета: я, пленник тысячи скорбей,
Готов единожды спастись, тысячекратно жизнь сгубив!
От друга — тысячи обид, и сотни бедствий от врагов,
И — за себя жестокий стыд, и — гнев людской несправедлив.
Мне не смотреть бы на людей, а растворить бы чернь зрачков,
Всей чернотою тех чернил себя навеки очернив!
Для птицы сердца моего мал вещей птицы дальний путь:
Я тверд душою, как гора, и дух мой тверд и терпелив.
Провидцем тайн сокрытых сил быть должен человек,
Всемудрым знатоком светил быть должен человек,
Таящим страсть и жаркий пыл быть должен человек,
Таким, чтоб одержимым слыл, быть должен человек.
Из тысячи один поделится с другим,
А большинство — скупцы, и всё себе берут.
Таков обычай есть, и всеми он храним:
Брать у других — легко, давать — нелегкий труд.
Любовь — такой огонь могучий, что даже самой малой искры
Довольно, чтоб завесу неба сжечь всю дотла, как полотно.
А тело ведь намного тоньше, чем та завеса небосвода,
Когда его охватит пламя, скажи, как выдержит оно?