Ведь никто не возвратился оттуда,
Чтоб унять наш коренной вопроситильный страх
Остаются только жёлуди и небо как кофе...
Ведь никто не возвратился оттуда,
Чтоб унять наш коренной вопроситильный страх
Остаются только жёлуди и небо как кофе...
Уютно и тепло... Огонь костра, ромашки,
Летает мошкара, а на твоей рубашке
Тихонько бабочка сидит
И слушает твой голос...
А завтра — в город, в суету и шум -
Не хочется... Но в сердце уношу
Немножко неба, синевы,
Задор и молодость...
А бабочка живёт всего лишь день...
Всего лишь день...
Но счастье длится дольше.
После чашки кофе все вспыхивает, мысли теснятся, как батальоны великой армии на поле битвы...
Тебе не нужны дома, деньги, власть или положение, чтобы практиковать Искусство Мира. Небо — там, где ты сейчас стоишь, и это как раз то место, где можно тренироваться.
— Третий день глотка кофе во рту не было!..
— Взяла бы да пожевала кофейные зёрна, а потом сахаром бы их заела.
Это больше, чем любовь,
Это выше тех огней,
Что на небе плачут белым снегом -
О ней...
Это больше, чем любовь,
Это выше моих сил.
Верить в то, что ты вернёшься,
Как я просил...
Ты смотришь в небо. Ты уже чувствуешь в себе внутричерепную птицу. Это она ломит кости, это ее перья, сгорая в кислоте души, вырываются хриплым мутным паром дыхания. Тебе тоже хочется лететь. Тебе хотелось лететь вчера, хочется сегодня и будет хотеться завтра. День за днем, день за днем, пока маленькие пушистые зайки-дни не выгрызут черные норы в твоей анемичной груди. Пока они не потащат в них свою сладкую морковочку лютой беспощадности жизни. Ты смотришь в небо, гладя своих зайчат и мумифицируясь заживо. Только небо остается с тобой, в тебе, вокруг, только небо, только небо... Но все-таки небо, пожалуй, самая шикарная отрава.
А в прозрачной грязи беззащитно смеётся
В канаве колёсами в небо
Проданной веры второй эшелон.